Осада пскова польским королем стефаном баторием, брюллов

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов
                                 Покровская башня Псковской крепости.. XVI век

«…то истина, что Псков или Шуйский спас Россию от величайшей опасности, и память сей важной заслуги не изгладится в нашей истории, доколе мы не утратим любви к отечеству и своего имени»

            Н.М.Карамзин. «История государства Российского», том IX, глава V

1581 год « Польский король Стефан Баторий с сильным войском, составленным из 17 народов, пришел ко Пскову в августе, и с сентября обложил теснейшею осадою город, держал оную около 6 месяцев, но города взять не мог.»

                  Митрополит Евгений (Болховитинов). Сокращенная Псковская летопись: избранная из разных Российских и чужестранных летописей и особенно из Псковской/ Митрополит Евгений (Болховитинов).- Псков: Отчина, 1993. –С.6

            Ливонская война была начата Иваном Грозным за выход к Балтийскому морю, но после первых побед пошли крупные неудачи. Ливонский  орден распался, и врагами Руси сделались Польша, Литва, Швеция и Дания, которым отошли его земли. В 1569 году Литва объединилась с Польшей. Королем был избран полководец Стефан Баторий. В 1579 году он вторгся в русские пределы – захватил Полоцк, Великие Луки, Красный, Опочку, Воронич, Остров. Стотысячная армия приближалась ко Пскову.

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов

            18 августа 1581 года близ Пскова появились первые вражеские отряды. Через неделю подошел и сам король «со многими силами».  Главнокомандующим  был коронный гетман Ян Замойский.

«Любуемся Псковом. Господи, какой большой город! Точно Париж! Помоги нам Боже с ним справиться!»

            Запись в дневнике ксёндза Пиотровского ( секретарь королевской канцелярии )  от 24 августа 1581 г.

            В Пскове скопилось более пяти тысяч беженцев. Горожан, владевших оружием, было около двенадцати тысяч, стрельцов и конницы – не более семи. Псковским воеводой был Василий Федорович Скопин-Шуйский, оборону города возглавлял Иван Петрович Шуйский. В углу города, у Покровской башни, стоял Андрей Иванович Хворостинин.

            7 сентября начался обстрел Пскова из двадцати тяжелых осадных орудий. Огонь
был сосредоточен на участке стены между Покровской и Свиной башнями.
Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов
                 Пролом Стефана Батория. Наши дни.

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов
                                          И.С.Иванов. Пролом Стефана Батория.1837г.
                                            Литография.
            В результате суточного обстрела в стене образовались большие бреши. 8 сентября начался штурм Пскова .

Ксёндз Пиотровский писал:

            «Перед полуднем начали постепенно готовиться: одни идти на штурм, а другие любоваться.»

            « Вот ударили в литавры, созывая конные  роты. Когда наступил условленный час, мы все выехали из лагеря. Король стал над рекой Великой, очень близко от венгерских окопов, почти на безопасном месте.»

            «Немного спустя открыт был огонь из наших пушек и ручного огнестрельного оружия  по той части стены, которая оставлена между проломами, с целью отвлечь внимание русских сьтрельцов… и тем дать возможность нескольким десяткам наших охотников подойти под выстрелами к проломам. Но лишь только охотники двинулись, как другие в нетерпении бросились за ними: впереди  — венгерцы, за ними – немцы, за ними –толпы наших, без всякого порядка.

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов
Покровская башня Псковской крепости, её высота 42 метра, окружность 90 метром, 5 ярусов бойниц, включая бойницы подошвенного боя, толщина стен 2,5 метра.

            Венгерцы и немцы, на глазах у множества зрителей, подбежав к наружной разбитой башне, быстро заняли её, тотчас выкинули четыре хоругви и открыли с нее огонь по русским. Нам издали казалось, что город уже взят. Через четверть часа ринулись наши со своими хоругвями к другому пролому и к другой разбитой башне.

  Впереди виднелись белые охотники… Одни заняли полуразрушенную башню и набились туда битком, другие через пролом ломились в город, но здесь нашли то, чего не ожидали. Они очутились на обвале стены, соскочить с которой в город было высоко и трудно, каждый рисковал сломить себе  шею (защитники города за проломом выкопали глубокий ров. – Е.

Н.Морозкина).

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов

Крепостная стена, примыкающая к Покровской башне. Виден вход в «слухи» и камеры подошвенного боя.

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов
                                        Покровская башня. Вид изнутри крепости.                                                                                                                  
«Русских за стеной была тьма, так что наши поневоле должны были остановиться. Тогда-то, о Господи, со стен посыпались, как град, пули и камни на всех тех, которые толпились внизу; из окопов стреляли по этим зубцам, но безуспешно…  Затем русские открыли пальбу по башне, где засели поляки, ядром сбили её щит и крышу, так что она обрушилась на наши войска (Это ударила огромная пушка «Барс». – Е.Н.Морозкина).  Потом русские под обе башни   подложили пороху, чтобы выжить наших, подкладывали головни, отчего деревянные связи в башне, где были поляки, быстро загорались…»                                     
               «Трагедия эта продолжалась от 19 до 23 часов… Всех… раненых и убитых из венгерских окопов пришлось проносить мимо короля, стоявшего над рекою, так что всякий мог его увидеть.  У нас и фельдшеров столько нет, чтобы ходить за ранеными», — писал ксендз Пиотровский.

  •             В этот день псковичи потеряли восемьсот шестьдесят три человека убитыми и тысячу шестьсот двадцать шесть ранеными; враги – около пяти тысяч убитыми и более десяти тысяч ранеными, в том числе более восьмидесяти знатных сановников.
  •             В феврале 1582 года Стефан Баторий снял осаду.
  •             Псковичи отбили двести тридцать один штурм.

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов

 Само название «Покрова от Пролома» говорит о событиях, в память которым в 1582 году перестроили Покровскую церковь, присоединив к ней вторую – Рождественскую.

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов

На старинной иконе церковь Покрова изображена примерно такой, какой она восстановлена сейчас в виде двух одинаковых церковок, объединенных двух пролетной зубчатой звонничкой и общим бревенчатым притвором (Его заменили двумя каменными).

О тех далеких событиях свидетельствуют памятники, дневники очевидцев, произведения искусства, которые были созданы под впечатлением героического прошлого Пскова.

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов

Памятник Трехсотлетия обороны Пскова в Ливонской войне, расположен на зеленом холме, поросшем деревьями. Сооружен у Пролома в 1881 г.   

Автопортрет. 1833-1834.

            Карл Павлович Брюллов — русский живописец и рисовальщик, которого
современники называли «Великий Карл», автор знаменитой картины
«Последний день Помпеи» (1830-1833). Родился в Санкт-Петербурге.
Учился в Императорской академии художеств в Санкт-Петербурге. В 1823-1835 годах
и с 1850 года жил в Италии. Долгие годы художник мечтал написать картину из
отечественной истории. И как программную на звание профессора задумал
композицию «Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием в 1581
году». Он был уверен, что она затмит «Помпею». Эта идея вызвала
живое одобрение поэта А.С.Пушкина.

                                      Осада Пскова. Набросок правой части композиции.

    В 1836 году Карл Брюллов неделю был в
Пскове, изучал местность, делал зарисовки, посетил Псково-Печерский монастырь. 

                                       К.П.Брюллов. Осада Пскова Стефаном Баторием

Картина «Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием в 1581 году»
1839-1842 не была завершена, выставлена в экспозии Государственной
Третьяковской галереи, первоначальный эскиз 1836-1837 года хранится в
Государственной Русском музее. В Псковской картинной галереи находятся его
работы:»Голова девушки.Этюд»(1842), портрет Н.Ф.Здекауэра
(1848-1849), врача Карла Павловича.

Литература:

    Вересова Т.В. Незавершенная картина Брюллова/Тамара
Вересова//Псковская земля.История в лицах: В трех книгах: «Сии бо люди
крылати…»/ред.-сост. Т.В.Вересова; худож. Г.И.Метченко.-М.:Северный
паломник, 2007.- С.219-221 2.Брюллов Карл Павлович// Псковская
энциклопедия/глав.ред.А.И.Лобачев.- 2-е изд., доп. — Псков:Псковская
энциклопедия, 2007.- С.118

Источник: http://ubileinay.blogspot.com/2011/09/430.html

ПСКОВО-ПЕЧЕРСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ «УМИЛЕНИЕ»

  • Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов
  • Дни памяти: 7/20 мая, 21 мая/3 июня, 23 июня/6 июля, 26 августа/8 сентября, 7/20 октября
  • По преданию, Псково-Печерская икона Божией Матери «Умиление» была написана в 1521 году неким иеромонахом Арсением (Хитрошем) с иконы Божией Матери «Владимирская».

В Псково-Печерский монастырь икона была принесена в 1529-1570 годах, купцами Василием и Феодором, во время игуменства преподобного Корнилия (†1571). С тех пор не один раз являла икона свою милость и чудодейственную помощь православному русскому народу.

По молитвам перед этой иконой не раз получали исцеление слепцы.

Так, 28 мая 1587 года, когда икона Умиления Божией Матери была во Пскове, вдова Мария Терентьева с Подкопорья, из-за Невы, не видевшая два года девять месяцев, помолившись перед этой иконой в соборном храме Живоначальной Троицы, шла за иконой к печерскому подворью и — вдруг прозрела.

26 марта 1603 года, по молитве перед этой иконой, получил прозрение крестьянин Потапий Григорьев, Луцкого уезда, Надвинского стана, бывший слепым 6 лет. По молитве перед этой иконой почти в то же самое время получил исцеление боярский сын Иван Ступицын, у которого два года сведены были жилы левой руки.

Древняя летопись обители гласит: «Не только православным подает Богоматерь исцеления, но и от иноверных, сиречь от латин немецкия земли, приходившим с верою к Пречистой Богородице и к чудотворному Ее образу, подает исцеления».

Псково-Печерская икона Божией Матери «Умиление» и святая икона «Успение» особенно прославились в царствование Ивана Грозного, в 1581 году во время осады Пскова и Псково-Печерского монастыря польским королем Стефаном Баторием (Ливонская война).

За несколько дней до осады Пскова поляками Пресвятая Богородица чудесно явилась благочестивому старцу Дорофею, предупредила его относительно предстоящего бедствия, объяснив причину постигшего людей за их грехи несчастья и указав пути выхода из него.

Тогда архиепископом был вызван игумен Псково-Печерского монастыря Тихон с Печерскими иконами «Успения» и «Умиления», чтобы совершать молебны на местах, указанных Самою Богородицею во время Своего явления.

Осада Пскова королём Стефаном Баторием в 1581 году. К. Брюллов, 1843

В августе 1581 года 100-тысячная польско-литовская армия польского короля Стефана Батория осадила Псков, намереваясь в случае успеха идти на Новгород Великий и Москву. По оценкам историков, в Пскове тогда проживало около 20 000 человек.

Значительная часть взрослого мужского населения взялась за оружие, чтобы оборонить город. Даже женщины и дети принимали активное участие в обороне. Общая численность гарнизона не превышала 12-16 тыс. человек.

Из Псково-Печерского монастыря в город были отправлены чудотворные иконы Божией Матери «Успение» и «Умиление».

Поляки бомбардировали город Псков калеными ядрами с колокольни Мирожского монастыря, одно из них попало в икону Божией Матери, поставленную на забрале стены, не повредив не только её, но и окружающих её защитников города. За 5 месяцев осады поляки 30 раз штурмовали Псковский кремль, но города так и не взяли.

  1. Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов
  2. Осада Пскова войсками Стефана Батория. Контратака псковского гарнизона
  3. Поражение под Псковом вынудило Великое княжество Литовское заключить с Россией 10-летнее перемирие (Ям-Запольский мир, январь 1582 года).
  4. В память чудесного избавления города Пскова, при царе Феодоре Иоанновиче святой образ был украшен жемчугом и каменьями – алмазами, изумрудами, яхонтами, аметистами.
  5. В начале XVII века монастырь пережил множество нападений шведских, литовских и польских завоевателей, которые пользовались внутренними трудностями Русского государства и бесчинствовали на западных его рубежах.

В 1812 году Русской земле угрожали французские войска. Быстро продвигавшиеся наполеоновские войска заняли Полоцк (17—18 августа 1812г.). Угроза оккупации нависла и над Псковом.

Тогда, по просьбе псковичей, в город принесли из монастыря иконы Божией Матери «Успение», «Умиление» и хоругвь с изображением Спаса Нерукотворного. 7 октября был совершен крестный ход с чудотворными святынями.

В тот же день русские войска отбили Полоцк, Псков оказался вне опасности.

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов

Петер фон Гесс. Битва под Полоцком (1812 г.)

  • В память этого события в Печерской обители был воздвигнут храм в честь Святого Архистратига Божия Михаила (1815–1827), у правого клироса которого хранится чудотворная икона Пресвятой Богородицы «Умиление» (1524 года), одна из главных святынь Псково-Печерского монастыря.
  • Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов
  • Михайловский собор Псково-Печерского монастыря
  • В память этого чудесного избавления благодарные печеряне каждый год в 7-ю неделю по Пасхе ходили крестным ходом с чудотворной иконой Умиление во Псков.

В XX веке Псково-Печерскому монастырю вместе с Отечеством пришлось пройти через две войны. Но древние традиции, бережно хранимые в монастыре, не были нарушены даже в самые страшные для русского монашества времена.

Псково-Печерская обитель вместе с городом Печоры промыслом Божиим была по Тартускому договору от 02.02.1920 г. была отнесена к буржуазной Эстонии и оставалась там, вплоть до 1940 года, чем была спасена от всеобщего разорения и осквернения.

Читайте также:  Картина "рожь", саврасов, 1881

Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь — одна из немногих русских православных обителей, не прерывавших в XX веке своего молитвенного предстояния Богу.

И хотя не щадили монастырь ни революции, ни войны (в мае 1945 года он лежал буквально в руинах), труд и молитва монастырской братии одолевали очередную разруху и снова приводили обитель к благоустройству и благолепию.

Иконописный образ

Псково-Печерская икона Божией Матери «Умиление» относится к иконописному типу Елеуса. Елеу́са (греч. Ελεούσα — милостивая от έλεος — сострадание, сочувствие) — один из основных типов изображения Божией Матери в русской иконописи.

Богородица изображена с Младенцем Христом, сидящим на Её руке и прижимающимся щекой к Её щеке. На иконах Богородицы Елеусы между Марией (символом и идеалом рода человеческого) и Богом-Сыном нет расстояния, их любовь безгранична.

Икона прообразует крестную жертву Христа Спасителя как высшее выражение любви Бога к людям.

  1. Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов
  2. Иконописный образ Божией Матери типа Елеуса
  3. Празднование иконе «Умиление» совершается 7/20 мая, 21 мая/3 июня, 23 июня/6 июля, 26 августа/8 сентября и 7/20 октября (в память избавления Пскова от нашествия Наполеона в 1812 году).
  4. Материал подготовил Сергей ШУЛЯК
  5. для Храма Живоначальной Троицы на Воробьевых горах
  6. Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов

Молитва перед иконой икона Божией Матери «Умиление» Псково-Печерская О Преблагословенная Дево Богородице Владычице! Мати всех страждущих и болезнующих сердцем! Страны нашея и града Защитнице! Обители Псково-Печерския красото и славо! Призри на нас смиренных, обремененных грехи многими, отягченных скорбьми и печалями, и с сокрушением и слезами взирающих на пречистый лик Твой, в чудотворней иконе явленный. Сохрани от всякаго зла святую обитель сию, юже преподобный Корнилий со старцы Марком и Ионою Тебе вручи и всех в вере и надежде подвизающихся в ней. Спаси и град сей, и вся люди, правоверно живущия и к Тебе прибегающия, от нашествия иноплеменных, от всякаго страха и труса, от мора и глада, от злых человек и всяческой скорби. Приникни к нам милосердием Твоим, яко ликом Твоим Божественным любезно приникла еси к ланите Богомладенца. Согрей нас дыханием Твоея любве и никогда же отступай от нас, ни в сей жизни, ни в будущей да чающе Твою всесильную Материнскую помощь, сподобимся безбедно дойти вечныя жизни и прославлять Небеснаго Отца и Сына и Святаго Духа, в Троице славимаго Бога, во веки веков. Аминь.

Тропарь, глас 4: К Богородице с умилением припадем вси, грехми обремененнии, чудотворную Ея икону Умиления облобызающе и вопиюще со слезами: Владычице, приими моление недостойных раб Твоих и подаждь нам, просящим велию Твою милость.

Кондак, глас 6: Не имамы иныя помощи, не имамы иныя надежды, разве Тебе, Пречистая Дево. Ты нам помози, на Тебе надеемся и Тобою хвалимся, Твои бо есмы раби, да не постыдимся.

Ссылки по теме: СЕРАФИМО-ДИВЕЕВСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ «УМИЛЕНИЕ»

Назад к списку

Источник: http://hram-troicy.prihod.ru/ikony_bozhiejj_materi/view/id/1173146

Осада Пскова войсками Стефана Батория. Матейко VS Брюллов

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов

Русский историк Карамзин так прокомментировал эти важные для Руси события 1581-1582 годов: «Сказка достойная суеверного века; но то истина, что Псков или Шуйский спас Россию от величайшей опасности, и память сей важной заслуги не изгладится в нашей истории, доколе мы не утратим любви к отечеству и своего имени».

Великий польский художник Ян Матейко в 1872 году пишет большое историческое полотно «Стефан Баторий под Псковом».

На картине перед нами момент, когда послы Ивана Грозного или как поляки его называли Сурового прибыли для переговоров о перемирии.  Сам художник признавал, что не стремился к документальной точности, а объединил в картине несколько фактов. Например, переговоры имели место, но не под Псковом.

Художник – страстный патриот и представляет трактовку событий с польской стороны. На полотне мы видим величественного князя литовского и короля польского Батория на походном, но роскошном троне и в окружении вельмож. На заднем плане в шатре стоит коронный канцлер Ян Замойский, готовый принять любое решение короля: одна рука на канцлерской печати, в другой гетманская булава.

Облаченный в черное папский легат и посол к Ивану IV Антонио Поссевино явно призывает Батория к переговорам, стараясь смягчить противоборство сторон.

Русские послы Полоцкий и Великолуцкий владыка Киприан II и боярин Иван Нащокин изображены приниженными и просящими мира, предлагая завоевателю хлеб и соль.

  Очевидно, что несмотря на то что перемирие и предлагалось русской стороной, хлеб-соль при этом не подносили, а «Добро пожаловать» завоевателям на Руси никто не говорил, да и фигуры воинов на заднем плане говорят нам, что русские еще не сдались.

Фоном для русских служат стены и купола осажденного города, дым пожарища и тревожные вороны.

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов

Это трехметровый холст можно увидеть в Королевском замке в Варшаве.

Другое историческое полотно, посвящено самому кульминационному моменту обороны Пскова. Великий русский художник Карл Брюллов написал «Осаду Пскова польским королем Стефаном Баторием в 1581 году» по заказу Академии художеств. Над ней художник трудился с 1839 по 1843 год, но работа осталась неоконченной, а сам автор считал ее творческой неудачей.

Существует несколько вариантов и эскизов, но на всех центром картины является крестный ход, который остановил дрогнувших было защитников Пскова. Над головами псковичей рушится Свинорская башня, в пролом после взрыва уже врываются враги.

Бьются воины, а за их спинами к пролому спешат горожане, с единственным устремлением закрыть собой родной город. Момент был критическим, защитники были истощены долгой осадой.

Руководитель псковской обороны Иван Шуйский с мечом и Печерский игумен Тихон с крестным ходом поддержали народную силу.

Брюллов внимательно изучал исторический сюжет (один из двух, предложенных ему императором), был восхищен изложением Карамзина и даже посетил Псков.

Один, наиболее завершенный вариант написан в романтическом стиле, очень напоминающем знаменитый «Последний день Помпеи».

Так же реет прах и огонь над головами людей, так же представлены сюжетные группы.

Сын, поднимающий копье умирающего отца с благословения матери; мастеровой, бросающийся на врага без оружия в руках, военачальник, пролагающий путь своим мечом в гуще врага под образом Христа.

Существует эскиз, который еще более не прописан, но нечеткость линий создает эффект чудесного видения и усиливает ощущение божественного вокруг фигур служителей церкви, поддерживающих дух и жертву горожан. Столп света притягивает все внимание и объединяет разрозненные фигуры в одном устремлении.

Во всех вариантах центральным образом картины является крестный ход: иконы, хоругви, фигуры священнослужителей. Брюллов ясно указывает на сюжет о видении накануне решающей битвы и помощь божественных сил, соединенных с силой духа народа.

Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием, Брюллов

Картину можно увидеть в Москве, в Третьяковской галерее.

Социальные кнопки для Joomla

Источник: http://pskoviana.ru/istoriya/persony/khudozhniki/3347-osada-pskova-vojskami-stefana-batoriya-matejko-vs-bryullov

Реферат по картине К. Брюллова "Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием в 1581г"

Брюллов Карл Павлович (Briullov Karl) (1799—1852), русский художник. Родился Брюллов в обрусевшей немецкой семье скульптора-резчика и живописца миниатюр в Петербурге 12 (23) декабря 1799. В 1809–1821 годах учился в Академии художеств, в частности у живописца исторического жанра Андрея Ивановича Иванова.

В 1821 году Карл Брюллов был удостоен золотой медали Академии за картину: «Явление Аврааму трех ангелов у дуба Мамврийского» и права продолжения обучения живописи в Италии за казенный счет. В 1823–1835 годах Брюллов работал в Италии, испытав глубокое воздействие античного, равно как и итальянского ренессансно-барочного искусства.

Итальянские картины Брюллова проникнуты чувственной эротичностью («Итальянский полдень», 1827, Русский музей, Санкт-Петербург; «Вирсавия», 1832, Третьяковская галерея); в этот период окончательно формируется и его дар рисовальщика.

Брюллов выступает и как мастер светского портрета, превращая свои образы в миры сияющей, «райской» красоты («Всадница» или конный портрет Дж. и А.Паччини, 1832, Третьяковская галерея).

Стремясь к большим историческим темам, в 1830 году, побывав на месте раскопок древнеримского города, разрушенного извержением Везувия, Брюллов начинает работу над картиной «Последний день Помпеи». Многофигурное трагическое полотно становится в ряд характерных для романтизма «картин-катастроф».     

Картина «Последний день Помпеи» Брюллова (завершенная в 1833 и хранящаяся в Русском музее) производит сенсацию как в России (где о ней восторженно пишут 
А.С.Пушкин, Н.В.Гоголь, А.И.Герцен и другие писатели), так и за рубежом, где это произведение живописца приветствуют как первый большой международный успех русской живописной школы.

На родину в 1835 художник возвращается уже как живой классик. Посетив по пути Грецию и Турцию, Брюллов создает целый ряд поэтических образов Восточного Средиземноморья.

Обратившись по предложению императора Николая I к русской истории, Брюллов пишет «Осаду Пскова Стефаном Баторием» (1836–1843, Третьяковская галерея), не сумев, однако же, добиться (несмотря на ряд ярких живописных находок в эскизах) эпической цельности своего итальянского шедевра.

По возвращении в Россию важную сферу творчества Брюллова стали составлять монументально-оформительские проекты, где ему удалось органически сочетать таланты декоратора и драматурга (эскизы росписей Пулковской обсерватории, 1839–1845; этюды и наброски ангелов и святых для Исаакиевского собора.

Полным хозяином своих 
образов Брюллов выступает в 
портретах. Даже в заказных вещах (вроде 
портрета «Графини Юлии Самойловой, удаляющейся с бала с приемной дочерью Паччини», около 1842, Русский музей) феерическая пышность колорита и мизансцен выглядит в первую очередь как триумф искусства.

Еще более непринужденны, психологически-задушевны по краскам и светотени образы людей искусства (поэта Н.В.Кукольника, 1836; скульптора И.П.Витали, 1837; баснописца И.А.Крылова, 1839; писателя и критика А.Н.Струговщикова, 1840; все работы в Третьяковской галерее), в том числе известный меланхолический автопортрет (1848, там же).

Все более слабея от болезни, с 1849 года Брюллов живет на острове Мадейра, а с 1850 – в Италии. Умер Карл Брюллов 23 июня 1852 года в местечке Мандзиана, близ Рима.

Картина, которой художник отдал больше времени и сил, чем 
знаменитой «Помпее», принесла ему 
мало радости. Несмотря на яркие живописные находки в эскизах, Брюллов в 
этом произведении, оставшемся незаконченным, не добился поставленной задачи: реалистично 
показать людей, борющихся за независимость 
родины, их высокий патриотизм и 
гражданственность…

   Мастер кисти объявился 
в северной столице в мае 
1836 года после 12-летней творческой 
деятельности в Италии. Через 
месяц он уже был призван 
в Зимний дворец, где Николай 
Первый как бы узаконил замысел 
живописца с «Осадой Пскова». 
Хотя у императора был в 
голове другой сюжет.

    Художник Г.Г.Гагарин вспоминал, что картина живо представилась Брюллову при чтении «Истории государства Российского» Н.М.Карамзина: пролом в крепостной стене, жаркая схватка псковичей с поляками, эффектные лучи солнца с отблесками на доспехах.

Брюллов говорил о русской 
истории следующее: «Мне беспрестанно приходится читать, что удельные князья грызутся между собой и друг друга 
со света изводят. Два события 
показаны у Карамзина, в которых 
все сделал сам народ: осада Пскова и взятие Казани».

Но после чтения «Истории княжества Псковского» митрополита 
Евгения художник изменил первоначальный замысел. И картину «Осада Пскова» 
можно было уверенно назвать «Крестным 
ходом во время осады Пскова». Конечно, и такая сюжетная линия 
имела фактическую подоплеку 
в истории. Но художника постигла беда раздвоения замысла и нечёткости композиции.

      Для осмотра 
местности и памятников древности 
Карл Павлович с археологом 
Ф.Г.Солнцевым в июне того же 1836 года приезжали в Псков и Печоры. В Пскове Брюллов прежде всего изучал развалины сохранившейся крепостной стены с проломом до Свинусской башни.

Но время здесь, по воспоминаниям Солнцева, было потрачено почти впустую. Они много ходили по гостям, да ещё Брюллову нездоровилось:  пролёживал в постели с горчичниками.

«Он почти ничего не делал для своей картины: напачкал только карандашом воздух, и с тем уехал в Петербург», — писал Солнцев.

В 1839 году «Карл Великий», как звали художника друзья, приступил к работе. Работал с утра до ночи, делая эскизы, но не находя верного решения всей композиции. И постоянно кашлял, жаловался на боль в груди.

Для работы над картиной изучал все, что касалось событий 
конца XVI века: одежду, снаряжение, оружие, а также нравы и обычаи «окрестных поселян мужского и женского пола».

Основным историческим пособием стала точка зрения Евгения Болховитинова 
о том, что «слава победы над врагом принадлежала не царю Ивану Васильевичу, а горожанам Пскова».

Из письма А.Н. Оленина 
к дочери 10 июля 1839 года : «Я сейчас воротился с осады Пскова и видел, как подорвана была стена этого города и сколько тут легло поляков и других нам враждующих народов – одним словом, я видел подмалеванную картину Карла Брюллова».

Вскоре о картине «Осада Пскова» пошли разные толки, нашлись 
любопытствующие зрители. Самыми сановными  из них оказались царь и его 
жена Александра Фёдоровна.

     Как знаток 
военного дела, Николай Первый 
сделал ряд замечаний художнику. 
И некоторые считают, что он 
тем самым охладил рвение художника.

 
Солнцев посчитал крестный ход 
превосходным, но не понял, а где же собственно осада Пскова. Литератор О.П.Стругацкий заметил «убийственную пестроту в красках». Художник задумался.

Себя он успокаивал тем, что картина не окончена. И стал прогонять любопытных…

     Вскоре многим 
стало ясно, что народная драма 
с накалом патриотизма не получилась. В июле 1843 года Брюллов сам 
повернул картину к стене, чтобы 
к ней больше не притрагиваться.

Но холст ещё долго 
будоражил поклонников его таланта. Перед самым отъездом Брюллова за границу в 1849 году поэтесса Е.П.

Растопчина писала ему: «Любопытство превозмогает, и я покорнейше прошу вас с дозволения постучаться у вдохновенного приюта, где вы мыслите, творите… Дайте только взглянуть на «Осаду Пскова»». Князь М.А.

Оболенский в письме художнику в 1846 году надеялся, что «Осада Пскова» будет образцовым произведением жизни древней Руси.

Острый на словечки Брюллов 
своё неудавшееся детище с иронией 
называл «Досадой Пскова». Отчего же не сбылись лучшие надежды?

     Критик В.В.Стасов утверждал, что персонажи произведения «не имеют ничего общего с Россией 16 века», так как Брюллов не понимает истории и сущности народного характера. Уже в наше время искусствовед Г.К.Леонтьева отметила отсутствие в картине единства идеи, темы и сюжета. Ведь Брюллов творил по законам академизма.

    Тогда как будто 
всё мешало работать «Карлуше» 
в Петербурге: сырой климат, порывистый 
темперамент, обеды и вечеринки 
с поклонениями Бахусу. На какое-то 
время нарушила работоспособность 
живописца неудачная женитьба 
на юной Эмилии Тимм.

       Брюллова 
тянуло в Италию, где и климат 
здоровый, а талант стимулирует 
конкуренция. В 1849 году всё 
более слабея от болезни сердца, художник едет на остров Мадейру, 
а потом поселяется вблизи 
Рима, где и умрёт в 1852 году.

       Полузавершённая грандиозная «Осада Пскова», однако, оставила свой след в истории русской живописи 19 века. А её эскиз, экспонирующийся в русском музее Петербурга, хорошо передаёт драматизм многолюдного действа с патриотическим порывом.

В 1558 г. Россия начинает войну 
против Ливонского ордена за прибалтийские 
земли, за выход к Балтийскому 
морю. Псков стал базой русских 
войск и ключевым пунктом в 
наступлении, которое вначале было успешным и привело к победе над 
Ливонским орденом.

Не желая допускать 
усиление Русского государства, стремясь захватить Прибалтику, против России выступили Литва, Швеция и Дания. В 1569 г. образовалось польско-литовское 
государство Речь Посполитая, сразу вступившее в войну против России. Положение осложнилось, когда в 1576 г.

Читайте также:  Андромаха, оплакивающая гектора, жак луи давид, 1783

на польский престол вступает один из лучших полководцев тогдашней Европы – Стефан Баторий.

 Он дал клятву, что 
вернет все земли, завоеванные 
Москвой.

В 1579 г. армия Речи Посполитой под командованием короля Стефана Батория захватив Полоцк, Великие Луки и другие города и земли, продвигается к Пскову, разрушив по пути южные псковские пригороды Остров и Воронич. Войско Батория насчитывало 47 тыс. чел., из которых 27 тыс. составляли немецкие и венгерские наёмники.

 Защищал крепость гарнизон 
численностью около 7 тыс. воинов, которым помогали жители города 
и окрестностей, которые укрылись 
за его стенами. Всего под 
общим командованием воеводы 
Ивана Петровича Шуйского (он 
специальным указом Ивана Грозного 
был наделен широкими полномочиями) находилось около 16 тыс. чел. 

18 августа польское войско 
подошло к городу на расстояние 2-3 пушечных выстрелов. В течение 
недели Баторий вел разведку русских укреплений и только 26 августа приказал своей армии подступить к городу. Однако солдаты вскоре попали под огонь русских пушек и отступили к реке Череха.

Здесь Баторий устроил укрепленный лагерь. Поляки стали рыть траншеи и ставить туры, чтобы приблизиться к стенам крепости. Войско Батория расположилось к югу от Пскова, близ монастыря Пантелеймона в Поле (Промежицы).

Отдельными отрядами были заняты пригородные монастыри: Снетогорский, Любятовский, Ивановский, Мирожский и другие. Главное наступление предполагалось вести с юга на участок городских стен от реки Великой до Великих ворот (современная площадь Победы).

Подготавливаясь к штурму, солдаты Батория вырывали напротив этого участка стены, траншеи и ходы между ними, устроили блиндажи, построили туры для установки артиллерии и защиты собиравшихся для штурма отрядов.

   В Пскове в это 
время продолжались оборонительные 
работы. Как всегда, перед приходом 
неприятеля псковичи сожгли посад. 
Население посада и крестьяне 
окрестных деревень укрылись 
за крепостными стенами Пскова.

Ожидая штурма с юга, псковичи 
построили вдоль южной стены 
Окольного города ещё одну 
деревянную стену, параллельную 
каменной. Между этими стенами 
они выкопали ров. Воины городского 
гарнизона и посадского ополчения 
заняли оборону на разных участках 
городских стен.

Главное руководство 
обороной взял на себя воевода 
Шуйский, он находился на самом 
опасном и важном участке — у Свинузской и Покровской башен.

В ночь с 4 на 5 сентября солдаты Батория подкатили туры к Покровской и Свиной башням на южном фасе стен и, поставив 20 орудий, с утра 6 сентября начали обстреливать обе башни и 150м стены между ними.

К вечеру 7 сентября башни 
были сильно повреждены, а в стене 
образовался пролом шириной 50 м. Но осажденные успели соорудить против пролома новую деревянную стену.

8 сентября польские войска 
пошли на штурм. Атакующим удалось захватить обе поврежденные башни. Однако выстрелами из большой пушки «Барс», способной посылать ядра на расстояние более 1 км, занятая поляками Свиная башня была разрушена. Затем ее развалины русские взорвали, подкатив бочки с порохом.

Взрыв послужил сигналом к контратаке, которую возглавил сам Шуйский. Неприятель не смог удержать и Покровскую башню — и отступил. После неудачи штурма Баторий приказал вести подкопы, чтобы взорвать стены.

Два подкопа русским удалось уничтожить с помощью минных галерей, остальные поляки так и не смогли довести до конца.

24 октября польские батареи 
стали обстреливать Псков из-за 
реки Великой раскаленными ядрами, чтобы вызвать пожары, но защитники 
города быстро справились с 
огнем.

 Через четыре дня польский 
отряд с ломами и кирками 
подошел к стене со стороны 
Великой между угловой башней 
и Покровскими воротами и разрушил 
подошву стены.

 Она обрушилась, однако оказалось, что за этой 
стеной есть еще одна стена 
и ров, которую поляки преодолеть 
не смогли. Осажденные бросали 
им на головы камни и горшки 
с порохом, лили кипяток и 
смолу.

2 ноября армия Батория предприняла последний штурм Пскова. На этот раз поляки атаковали западную стену. До этого в течение пяти дней она подвергалась мощному обстрелу и в нескольких местах оказалась разрушена.

Однако защитники Пскова встретили противника сильным огнем, и поляки повернули обратно, так и не дойдя до проломов. К тому времени моральный дух осаждающих заметно упал. Но и осажденные испытывали немалые трудности. Основные силы русской армии в Старице, Новгороде и Ржеве бездействовали.

В Псков попытались прорваться только два отряда стрельцов по 600 человек, но из них больше половины погибло или попало в плен.

6 ноября Баторий убрал орудия с батареи, прекратил осадные работы и стал готовиться к зимовке. Одновременно он послал отряды немцев и венгров захватить Псково-Печерский монастырь в 60 км от Пскова, однако гарнизон из 300 стрельцов при поддержке монахов успешно отбил два приступа, и неприятель вынужден был отступить.

Стефан Баторий, убедившись, что Псков ему не взять, в ноябре передал командование гетману Замойскому, а сам отбыл в Вильну, забрав с собой почти всех наемников. В результате численность польского войска уменьшилась почти вдвое — до 26 тысяч человек. Осаждающие страдали от холодов и болезней, росло число умерших и дезертирство. В этих условиях Баторий согласился на десятилетнее перемирие.

Лучшая псковская пушка «Барс» стояла на Романовой горке Окольного города.

Источник: http://yaneuch.ru/cat_04/referat-po-kartine-k-brjullova/363157.2563450.page1.html

Осада Пскова

После взятия Великих Лук Великий князь Литовский и король Польский Стефан Баторий решил продолжить наступление на территорию московского княжества.

Несмотря на то, что литовские полководцы советовали королю идти на Смоленск, потому что этот город было легче взять, так как он не имел столь мощных укреплений и численность гарнизона была меньше, Стефан Баторий решил все же идти на Псков. Окончательное решение он принял 29-го июля 1581-го года на тайном совещании с литовскими полководцами в Полоцке. Необходимость взятия Пскова он аргументировал тем, что этот город — ключ к Ливонии.

Войска Стефана Батория насчитывали около 30 000 воинов.

Чуть больше половины составляла армия ВКЛ, которой командовал Николай Радзивилл Рыжий, во вторую часть войска входили венгерские и польские полки, а также немецкие, чешские, датские и шотландские наёмники. Армия было хорошо вооружена и состояла из профессиональных воинов. Уверенный в своей победе Стефан Баторий вышел из Полоцка на Псков.

Как только информация дошла до города, горожане, не мешкая, стали готовиться к обороне.

На тот момент Псков был сильнейшей твердыней в Московском княжестве, имел хорошо укреплённые каменные стены с башнями и большим количеством пушек, две из них были особо крупные, «Барс» и «Трескотуха».

Гарнизон состоял из 7000-ой конницы и от 30000 до 50000 солдат в том числе и простых горожан, вставших на защиту своего города. Обороной командовали князь Иван Петрович Шуйский и Василий Федорович Скопин-Шуйский.

18-го августа в Пскове стало известно, что Баторий взял Опочку, Остров, Красный, и, кроме того, разбил московский легкий конный отряд.

Битва за город обещала быть серьезной и тогда воеводы, приказали сжечь городской посад, чтобы не дать противнику использовать дома в качестве прикрытия.

В тот же день с городских башен заметили, что к городу приближаются передовые отряды войска Речи Посполитой.

Основные войска Батория подошли 26-го августа. Король первоначально расположил свой шатер недалеко от стен Пскова в деревне Любатово, но псковские пушкари стреляли метко и поэтому вскоре он приказал перенесли его подальше, к реке Черехе.

После осмотра укреплений города Баторий понял, что взять Псков будет очень сложно. Численность оборонявшихся значительно превосходила его войска, к тому же оказалось, что взятого пороха недостаточно. Но и отступать было поздно, Баторий отдал приказ готовиться к осаде.

Посоветовавшись с великим коронным гетманом Яном Замойским, король отдал приказ сосредоточить свою артиллерию напротив южного угла крепостной стены, где находились Великие ворота, Покровская и Свиная башни.

1-го сентября литвины начали осадные работы. Выкопали траншеи к Покровской баше вдоль реки, сделали насыпи и поставили туры (укреплённые башни). 7-го сентября всё было готово и Баторий отдал приказ открыть огонь из пушек. Двадцать осадных орудий громили стену между Покровской и Свиной башней. К утру следующего дня стена была разрушена в нескольких местах.

Днём, 8-го сентября 1581 года, войска Речи Посполитой пошли на штурм Пскова.

Поляки, венгры и немцы ринулись в пробитые проёмы, литвины в атаку не пошли и оставались на местах, так как Великий гетман Литовский Николай Радзивилл Рыжий считал, что такие твердыни с наскока не берут, и решил сохранить своих воинов. В итоге он оказался прав.

Хоть полякам и венграм удалось захватить Покровскую и Свиную башню, но за разрушенной стеной они наткнулись на ров и деревянную стену, за которой стояли псковские защитники.

Псковичи развернули одну из самых крупных пушек «Барс» и выстрелили из неё по Свиной башне, одним выстрелом уничтожив многих осаждающих. Затем, по приказу Шуйского, были взорваны остатки пороха под башней, взрыв окончательно разрушил башню, которая своими обломками убила и ранила не мало воинов Батория.

А тем временем, к проломам в стене у Покровской башни вскоре подошли ополченцы во главе с монахами Арсением, Мартирием, и Ионом, которые раньше были опытными военными. Завязался долгий и упорный бой, длившийся около шести часов. Защитникам удалось выбить пехоту Батория, штурм провалился. Войска осаждающей армии потеряли до пяти тысяч человек.

В тот же день огорченный Стефан Баторий, не желая никого видеть, ушёл в свой шатёр, но на следующее утро вышел к войску со спокойным лицом. Он созвал военный совет на котором заявил, что обязательно надо взять Псков, не взирая ни на какие трудности.

Осада продолжалась, но пороха было мало, и за ним Баторий послал отряд в Ригу к герцогу Курляндскому. Пока ждали подвоза пороха, осаждающие копали подкопы к стенам.

Но 17-го сентября после одной стычки у городских ворот, псковичи взяли пленника, от которого узнали, что к стенам ведут подкопы, правда о направлении их выведать не удалось.

Через три дня удача снова была на стороне защитников, к ним из литовского стана перебежал бывший полоцкий стрелец Игнат, который уже точно указал, в каком направлении ведутся подкопы. 23-го сентября часть этих подкопов была разрушена защитниками, а другая часть вскоре обрушилась сама. План с подкопами себя не оправдал.

Время шло, и на смену теплому сентябрю пришел октябрь и заморозки. Тогда Стефан Баторий решил атаковать город через реку Великая. Пять дней несколько осадных батарей вели огонь по стене, которую им удалось частично разрушить.

2-го ноября пехота Батория снова пошла на штурм, однако псковские защитники за пять дней, пока противник обстреливал стены, успели подтащить к тому месту несколько десятков пушек и замаскировать их до начала сражения.

А когда начался штурм, хватило двух залпов из пушек, ручниц и пищалий, что бы заставить атакующих побежать назад через реку и оставить после себя много трупов у стены и на льду..

Тем же днем в Псков смог пробиться стрелецкий голова Федор Мясоедов с многочисленным отрядом. После чего Стефан Баторий приказал прекратить обстрелы и вместо бесполезных штурмов заняться полной блокадой города, чтобы голодом заставить Псков сдаться.

Однако начавшиеся морозы, нехватка провианта, дров и, вдобавок, дезертирство, не могли обеспечить хорошей и длительной блокады, удача переметнулась на сторону осажденных.

Стефан Баторий понимал, что если будет и дальше продолжать осаду, то потеряет всю свою армию, а Иван Грозный, вместо того, чтобы просить договор о мире, перейдёт в наступление. Поэтому, когда прибыли послы из Москвы с желанной вестью, Баторий с частью войска 1 декабря отправился в Вильно.

Оставшиеся войска под командованием Яна Замойского, простояв до 4-го января под стенами Пскова, сняли осаду и ушли в Ливонию.

Однако, несмотря на то, что Стефан Баторий не смог взять Псков, начавшиеся 15-го декабря мирные переговоры между Речью Посполитой и Московским княжеством закончились 6-го января 1582-го года подписанием Ям Запольного перемирия на 10 лет. Что, собственно, и стало окончанием Ливонской войны, длившейся с 1558-го по 1582-й год.

Источник: https://vklby.com/index.php/bitvy/13-bitvy/251-osada-pskova

В мире есть города, что всегда в осаде

Блог

«Как отделаться от любопытных? Показывать неоконченную картину, всё равно, что ходить без сапог»

Громадную картину Карла Брюллова «Осада Пскова» часто называют самой неудачной работой художника. Цитируют Бенуа и других. «Осада Пскова» и неудача стали почти синонимами, как будто её писал не Карл Брюллов, а сам Стефан Баторий.

И уже одно это вызывает недоверие. К тому же, творческие «неудачи» больших художников способны показать их истинный масштаб ничуть не меньше, чем творческие «удачи». А полотно «Осада Пскова», посвящённое событиям 1581 года, получилось масштабным во всех смыслах.

Помню, как я первый раз увидел эту картину в Третьяковской галерее. Размер 482 на 675, — больше, чем «Последний день Помпеи». Это было для художника важно. Тот, кто смотрел на картину, должен был в неё как бы войти.

Картина должна была возвышаться, в каком-то смысле подавлять, нет, скорее возвышать…

Объяснение того, что «Осады Пскова» Карл Брюллов стеснялся и мало кому показывал, находится быстро. Это был заказ, причём заказ императора Николая I. И вот поэтому якобы Брюллов писал не от души. В действительности, царь выбрал для Брюллова совсем другой сюжет.

Наоборот, Брюллов сам предложил тему, которая его заинтересовала. Предложил совсем другое, можно сказать – противоположное. Николай хотел, чтобы Карл Брюллов изобразил «Иоанна Грозного с женою в русской избе на коленях перед образом; а в окне покажи взятие Казани».

Взятием Казани Брюллов тогда интересовался не меньше, чем обороной Пскова, но посмел царю возразить: «Эта задача поразила меня; но так как ясно было, что государь делал заказ не сгоряча, а подумавши, то я… старался объяснить ему как можно мягче, что меня закритикуют, если я займу первый план двумя холодными фигурами, а самый сюжет покажу, чёрт знает где, в окне! Я просил позволения написать вместо этого сюжета «Осаду Пскова», о котором я тогда думал. Государь нахмурился и очень сухо сказал: «Хорошо!».

Первоначальный замысел появился при чтении «Истории государства Российского» Карамзина. Тем не менее, когда говорят, что у замысла имелся «фальшивый посыл», основываются не на пустом месте.

Читайте также:  Картина «гумно», венецианов — описание

Фальшивый в том смысле, что не исторический. Чем серьёзнее Брюллов погружался в тему, тем туманнее становились перспективы. Так часто бывает, когда художник или писатель перегружены информацией.

Всё это надо осмыслить, освоить и, в каком-то смысле, присвоить.

Ещё одним источником вдохновения Брюллова при написании картины «Осада Пскова» стала «История княжества Псковского» Евгения Болховитинова (он же – митрополит Евгений, в миру – Евфимий Болховитинов).

Болховитинов с 1816 по 1822 годы был архиепископом Псковским, Лифляндским и Курляндским, позднее написав несколько трудов о псковской земле: «Летописи древнего славяно-русского княжеского города Изборска», «Описание шести псковских монастырей» и «Историю княжества Псковского».

Один из самых впечатляющих сюжетов осады Пскова королём Речи Посполитой Стефаном Баторием, связанный с Покровской и Свинузской башней, и лёг в основу картины Брюллова.

Из книги Болховитинова Брюллов позаимствовал некоторых героев: монаха на коне, детей, женщин, иконы, хоругви… Первоначальный замысел был – показать, как с врагом сражается народ, к которому на выручку не пришёл царь Иван Грозный.

Брюллов писал: «Мне беспрестанно приходится читать, что удельные князья грызутся между собой и друг друга со света изводят. Два события показаны у Карамзина, в которых все сделал сам народ: осада Пскова и взятие Казани».  А дальше замысел развился: царь не пришёл, а Бог – пришёл.

Правда, Евгений Болховитинов тоже писал, что «слава победы над врагом принадлежала не царю Ивану Васильевичу, а горожанам Пскова». И всё же Брюллов склонился к мысли написать в картину, в которой вместо батальной сцены по сути присутствует крестный ход. Это говорили и за глаза, и в глаза.

Брюллов огорчался… Возникает очевидный вопрос: а надо ли для этого было ездить в Псков?  Час назад на открытии одной выставки я разговорился с псковским художником о Брюллове и «Осаде Пскова». Художник сказал: «Брюллов – классицист, и то, что отлично подошло к «Последнему дню Помпеи», не подошло к «Осаде Пскова».

  То есть в «неудаче» виноват классицизм. Наверное, и в этом дело. Но с этим не все согласятся. «Осада Пскова» в каком-то смысле – картина идеальная. Вернее, идеалистическая. Её можно помещать на обложку современного единого учебника истории. Самодержавия на ней нет, зато православия и народности – с избытком.

Возможно, так получилось из-за того, что поездка Брюллова в Псков не задалась. Плодотворной её назвать трудно.

Брюллов попросил президента Академии художеств, директора Публичной библиотеки Алексея Оленина организовать ему поездку в Псков, объяснив, что «он необходимо должен быть в городе Пскове для осмотрения местности и памятников древности, которые там могли остаться».

Оленин ему такую поездку организовал. Это была поездка, о которой пишет даже столичная пресса. В то время в петербургских газетах имелась рубрика «Выехавшие из столицы».

Таким образом, «Санкт-Петербургские ведомости» сообщили, что 1836 году 25-26 июня в Псков отправился «Академии художеств Почетный вольный общник Брюллов».

И там же было сказано, во сколько это обошлось казне: «… в Псков и обратно на четыре лошади и, предполагая поездку его на две недели, порционных денег как ему, так и г. Солнцеву по пяти рублей в сутки, что составит издержку вместе с прогонными деньгами до 400 р.»

Упомянутый г.Солнцев – это Фёдор Солнцев – историк, художник, реставратор, крупнейший специалист по художественной археологии.

Его мемуары «Моя жизнь и художественно-археологические труды» опубликовал в журнал  «Русская старина» тот самый Михаил Семевский – неудавшийся жених Анны Корвин-Круковской, о котором я упоминал позавчера и вчера. Так что о той поездке в Псков мы знаем не только из газеты «Санкт-Петербургские ведомости».

Картина Солнцева тоже есть сейчас в Третьяковской галерее, но это не Псков, а «Крестьянское семейство».

Солнцев, немало путешествовавший по русским городам, был той поездкой, судя по этой записи, разочарован: «Он (Брюллов. – Авт.) почти ничего не делал для своей картины: напачкал только карандашом воздух, и с тем уехал в Петербург».

Нет, кое-что всё-таки сделано было. Художники съездили в Печоры, побывали и на историческом месте «у пролома» — возле Покровской и Свинузской башен, там, где и предполагалось действие картины.  Брюллов делал эскизы, пытаясь найти единственно верную композицию для масштабной картины.

И всё же, по словам Фёдора Солнцева, Брюллов в Пскове работал мало. Художники больше ходили по гостям. К тому же Карл Брюллов в летнем Пскове неожиданно заболел – да так, что лежал в постели с горчичниками.

Он и до этого постоянно кашлял, жаловался на боль в груди (Карл Брюллов был человеком болезненным, по настоянию врачей много жил в более тёплых краях и умер в 1852 году «после припадка удушья»).

Солнцев, пока Брюллов болел в Пскове, по настоянию Брюллова, вынужден был находиться рядом, хотя у него было другое задание – срисовывать древнее оружие копья, бердыши, сабли…

«За «Осаду Пскова» Брюллов взялся ещё о потому, что ему надо было, несмотря на то, что он уже был знаменитый художник, получить звание старшего профессора Императорской Академии художеств (он был всего лишь младший — 2-й степени – профессор). Требовался масштаб. Странным образом, масштаб «Последнего дня Помпеи», написанного в 1830-33 годах Академию не устраивал (может быть, потому что она была написана не в России?).

Брюллов работал над картиной «Осада Пскова» с 1839 по 1843 год, в июле повернул картину к стене. Таким образом, она считается незаконченной, хотя, если не знать об этом, догадаться сложно.

Те немногие, кто «Осаду Пскова» видели, не стеснялись её критиковать – несмотря на то, что картина была не закончена. Брюллов задавался практическими вопросом: «Как отделаться от любопытных? Показывать неоконченную картину, всё равно, что ходить без сапог». Но любопытные не отставали.

Критик Владимир Стасов написал, что герои картины «не имеют ничего общего с Россией XVI века» (несмотря на то, что Брюллов изучал, в том числе и во время поездки в Псков, соответствующую одежду, оружие, нравы, обычаи). Но не в этом дело.

Многие исторические картины, в том числе очень известные, не имеют ничего общего с тем, что было. То же самое можно сказать о большинстве исторических романов и исторических фильмов. Однако это не делает их менее популярными. Наоборот, авторская фантазия делает это произведения лучше.

Вряд ли Стасов и Солнцев могли своими замечаниями остановить Брюллова. Но был в России один человек, кто мог остановить. Разумеется, это Николай I. А он был не в восторге.

Но не из-за отсутствия самодержавия на фоне избытка православия и народности, а из-за того, что изображённое Брюлловым мало походило на войну.

Брюллов и сам это понимал. Но война ему была, очевидно, не столь интересна. Карл Брюллов много лет жил в Италии, по национальности – немец. Мать – Мария Шрёдер (Schroeder), отец Павел Брюлло (Brulleau).

Первоначально его фамилию по-русски писали не очень благозвучно: Брыло («Решением совета Академии художеств от 2 октября 1809 года принят в число учеников без баллотирования Карл Павлов Брыло, сын академика»). Но  не война его интересовала.

Врагов на этой масштабной картине, можно сказать, нет.  Есть хоругви, есть иконы, есть монах на коне с крестом (художник имел в виду крестный ходе 5 сентября 1581 года),  есть то, что называется «народ» — сказочный, былинный.

Русский немец Карл Брюллов постарался выразить идеальную Святую Русь и именно на пути к идеалу остановился. 

Перед публикой «Осада Пскова» предстала уже после смерти художника – в 1860 году. В Третьяковской галерее она оказалась в 1931 году, но из запасников вынималась не часто. С 1986 года она «в широком доступе». А то, что «Осада Пскова» не закончена… Может быть, в этом есть дополнительный смысл.

Осада началась, но не закончена до сих пор.

На землю опускается растревоженное небо. Холодные вспышки, точно крестный ход. Важное условие: доверие слепо. Недоверчивый взгляд устремляется на взлёт. Едкая туча уклоняется от взгляда. Слеза – закатившийся медный грош – Блестит, выделяясь из общего ряда.

Сегодняшний день на вчерашний похож. За правду, и за здорово живёшь, За Родину, за папу, за маму, За тех, кто в море топит земную ложь… Держись середины. Держись прямо. В мире есть города, что всегда в осаде. Осадок остался от прежних времён. Впереди – физика, а история – сзади.

Настало время понести урон.

Останови ход, не отводи взгляда. Всмотрись в то, что ещё свято.

Источник: http://gubernia.media/blogs/v-mire-est-goroda-chto-vsegda-v-osade/

Картина о Пскове принесла Карлу Брюллову мало радости

05:08 pm — Картина о Пскове принесла Карлу Брюллову мало радости

ПСКОВСКАЯ ДОСАДА ХУДОЖНИКА БРЮЛЛОВА

     Не будучи большим знатоком псковской истории, художник Карл Павлович Брюллов не отказался в 1836 году от предложения Николая Первого создать историческое полотно. Темой его он избрал «Осаду Пскова польским королём Стефаном Баторием (1581)».

           Картина, которой художник отдал больше времени и сил, чем знаменитой «Помпее», принесла ему мало радости. Несмотря на яркие живописные находки в эскизах, Брюллов в этом произведении, оставшемся незаконченным, не добился поставленной задачи: реалистично показать людей, борющихся за независимость родины, их высокий патриотизм и гражданственность…

ЗАМЫСЕЛ СОЗРЕЛ БЫСТРО

   Мастер кисти объявился в северной столице в мае 1836 года после 12-летней творческой деятельности в Италии. Через месяц он уже был призван в Зимний дворец, где Николай Первый как бы узаконил замысел живописца с «Осадой Пскова». Хотя у императора был в голове другой сюжет.

    Художник Г.Г.Гагарин вспоминал, что картина живо представилась Брюллову при чтении «Истории государства Российского» Н.М.Карамзина: пролом в крепостной стене, жаркая схватка псковичей с поляками, эффектные лучи солнца с отблесками на доспехах.

        Но после чтения «Истории княжества Псковского» митрополита Евгения художник изменил первоначальный замысел. И картину «Осада Пскова» можно было уверенно назвать «Крестным ходом во время осады Пскова». Конечно, и такая сюжетная линия имела фактическую подоплеку в истории. Но художника постигла беда раздвоения замысла и нечёткости композиции.

        Для осмотра местности и памятников древности Карл Павлович с археологом Ф.Г.Солнцевым в июне того же 1836 года приезжали в Псков и Печоры. Но время здесь, по воспоминаниям Солнцева, было потрачено почти впустую.

Они много ходили по гостям, да ещё Брюллову нездоровилось:  пролёживал в постели с горчичниками. «Он почти ничего не делал для своей картины: напачкал только карандашом воздух, и с тем уехал в Петербург», — писал Солнцев.

       И всё же за картину «Карл Великий», как звали художника друзья, принялся энергично. Работал с утра до ночи, делая эскизы, но не находя верного решения всей композиции. И постоянно кашлял, жаловался на боль в груди.

«ЛЮБОПЫТСТВО ПРЕВОЗМОГАЕТ…»

      Вскоре о картине «Осада Пскова» пошли разные толки, нашлись любопытствующие зрители. Самыми сановными  из них оказались царь и его жена Александра Фёдоровна.

     Как знаток военного дела, Николай Первый сделал ряд замечаний художнику. И некоторые считают, что он тем самым охладил рвение художника.

Солнцев посчитал крестный ход превосходным, но не понял, а где же собственно осада Пскова. Литератор О.П.Стругацкий заметил «убийственную пестроту в красках». Художник задумался.

Себя он успокаивал тем, что картина не окончена. И стал прогонять любопытных…

     Вскоре многим стало ясно, что народная драма с накалом патриотизма не получилась. В июле 1843 года Брюллов сам повернул картину к стене, чтобы к ней больше не притрагиваться.

      Но холст ещё долго будоражил поклонников его таланта. Перед самым отъездом Брюллова за границу в 1849 году поэтесса Е.П.

Растопчина писала ему: «Любопытство превозмогает, и я покорнейше прошу вас с дозволения постучаться у вдохновенного приюта, где вы мыслите, творите… Дайте только взглянуть на «Осаду Пскова»». Князь М.А.

Оболенский в письме художнику в 1846 году надеялся, что «Осада Пскова» будет образцовым произведением жизни древней Руси.

ПОЧЕМУ «ОСАДА» СТАЛА ДОСАДОЙ?

       Острый на словечки Брюллов своё неудавшееся детище с иронией называл «Досадой Пскова». Отчего же не сбылись лучшие надежды?

     Критик В.В.Стасов утверждал, что персонажи произведения «не имеют ничего общего с Россией 16 века», так как Брюллов не понимает истории и сущности народного характера. Уже в наше время искусствовед Г.К.Леонтьева отметила отсутствие в картине единства идеи, темы и сюжета. Ведь Брюллов творил по законам академизма.

    Тогда как будто всё мешало работать «Карлуше» в Петербурге: сырой климат, порывистый темперамент, обеды и вечеринки с поклонениями Бахусу. На какое-то время нарушила работоспособность живописца неудачная женитьба на юной Эмилии Тимм.

       Брюллова тянуло в Италию, где и климат здоровый, а талант стимулирует конкуренция. В 1849 году всё более слабея от болезни сердца, художник едет на остров Мадейру, а потом поселяется вблизи Рима, где и умрёт в 1852 году.

       Полузавершённая грандиозная «Осада Пскова», однако, оставила свой след в истории русской живописи 19 века. А её эскиз, экспонирующийся в русском музее Петербурга, хорошо передаёт драматизм многолюдного действа с патриотическим порывом.

Геннадий ЕГОРОВ

Источник: https://g-egorov.livejournal.com/64381.html

Ссылка на основную публикацию