Зеленые любовники, марк шагал — описание картины



Зеленые любовники, Марк Шагал - описание картины


Розовые любовники.

1916.
Картон, масло.
69 x 55.
Частная коллекция.

Зеленые любовники, Марк Шагал - описание картины


Синие любовники.

1914.
Картон, масло.
49 x 44. Частная коллекция

Зеленые любовники, Марк Шагал - описание картины


Серые любовники.

1916-1917
Холст, масло.
69 x 49. Частная коллекция

Зеленые любовники, Марк Шагал - описание картины


Зеленые любовники.

1916-1917
Масло, гуашь, бумага, картон.
48 x 45,5. Частная коллекция

Понять Шагала можно путем «вчувствования», а не «уразумения». «Небо, полет – главное состояние кисти Шагала», – отмечал Андрей Вознесенский.

«Я ходил по Луне, – говорил художник, – когда еще не существовали космонавты. В моих картинах персонажи были в небе и в воздухе…»

В начале XX века мир узнал еще одного влюбленного — Марка Шагала. Картины, посвященные только двум, сделали его знаменитым.

На протяжении всей жизни, большую часть из которой Марк Захарович Шагал (1887-1985) провел за границей, он называл себя «русским художником», подчеркивая родовую общность с российской традицией, включавшей в себя и иконопись, и творчество Врубеля, и произведения безымянных вывесочников.

Рисовал шедевры художник для своей жены. «День Рождения», «Голубые любовники», «Розовые любовники», «Любовники (Видение)» — это о брачном союзе с Беллой Розенфельд, дочерью богатого ювелира. Позднее в дневнике художник признавался, что ни одну картину он не мог закончить без одобрения супруги.

Белла Розенфельд была очень похожа на самого Шагала. Хотя была красавицей, а он красавцем отнюдь не был. А еще Белла была одухотворенной и воздушной. Занималась в студии Станиславского, пробовала себя в литературе, интересовалась философией..

. В ее присутствии Марк испытывал невиданное чувство невесомости, парения и покоя. Часто он так ее и рисовал -безмятежно парящей в небе, и себя, летящим рядом с ней – над заборами, над свиньями, над столбами, над обыденным и милым Витебском.

Через год после знакомства Белла и Марк были женихом и невестой. Свадьба казалась делом решенным, и вдруг все изменилось – влюбленного юношу стала мучить какая-то смутная тревога, какая-то тоска… Словом, в один прекрасный день он вдруг взял да и удрал от своей невесты в Париж. Те, кто знал их с Беллой, пришли в изумление.

А она сама хранила спокойствие. Будучи женщиной необыкновенно умной и также одаренной необыкновенной интуицией, Белла понимала, что происходит с ее любимым мужчиной лучше, чем он сам. «Его позвал в дорогу какой-то таинственный инстинкт. Как грача или журавля осенью! Но он вернется», – объясняла она.

И все четыре года разлуки писала жениху письма -прекрасные, поэтичные, нежные…

Она ждала его четыре года, пока художник знакомился с мировыми шедеврами в Париже. Они были друг для друга единственными близкими людьми и ничего друг от друга не скрывали. И за границей, и в нетопленной, промозглой Малаховке Белла оставалась его музой. Даже женившись второй раз в 1952 году, Шагал не уставал повторять, что только девушка из Витебска была для него всем.

В качающихся, изгибающихся пространствах предметы, увиденные под разными углами, сползают со своих мест и зависают в невесомости; человеческие фигуры взмывают вверх и плывут как в сновидении. Эти ирреальные произведения, отмеченные тонкой красочностью, выразительным живописным рисунком, пронизаны ощущением нежности и одухотворенности.

Свое счастье Шагал попытался выразить и в других картинах: «Белла с белым воротником», «Прогулка», «Над городом», «Двойной портрет с бокалом вина», «Свадьба».

По случаю девяностолетия художника в 1977 году была развернута уникальная выставка его работ в Лувре. Он был награжден Большим Крестом Почетного легиона. Последняя прижизненная выставка Шагала состоялась в 1984 году в Национальном центре культуры и искусства имени Жоржа Помпиду. Она была посвящена его рисункам, в том числе иллюстрациям к произведениям Гоголя.

Марк Шагал. Жена
Ты волосы свои несешь
навстречу мне, и я, почуя
твой взгляд и трепет, тела дрожь,
тебя опять спросить хочу я: где давние мои цветы
под хулой свадебной, далекой?
Я помню: ночь, и рядом ты,
и в первый раз к тебе прилег я,
и погасили мы Луну,
и свечек пламя заструилось,
и лишь к тебе моя стремилась
любовь, тебя избрав одну. И стала ты женой моей
на годы долгие. Сладчайшей.
Дочь подарила — дар редчайший
в наиторжественный из дней… Благодарю, Господь высот,
Тебя за день, за месяц тот.

Зеленые любовники, Марк Шагал - описание картины


Розовые любовники.

1916.
Картон, масло.
69 x 55.
Частная коллекция.

Т.Литвинова
…А собственно, она в зеленом платье,
Он в чем-то черном… Контур шеи, щек
Избытком нежности пространству платит
За то, что в нем есть заводи глухие,
Где скрипа нет уключин и ключей,
И ветра неуклюжие стихии
Не обнажают вдруг судьбы ничьей.
На розовом, на лепестковом фоне,
Где Моцарт проходил лишь миг тому,
Ей не отнять ни губы, ни ладони,
Не отшатнуться никогда ему…

Главная сайта
       

Главная
       

На страницу «Шагал»
       

«Три шедевра»

Источник: http://www.tanais.info/art/chagall7more.html

Описание картины «Влюбленные» Р. Магритт

Художник: Рене Магритт Название картины: «Влюбленные» Картина написана: 1928 г. Холст, масло.

Размер: 54,2 x 73,4 см

Картина «Влюбленные» бельгийского художника-сюрреалиста Рене Магритта известна зрителю в двух вариантах. На первом полотне мужчина и женщина, чьи головы укутаны белой тканью, слились в поцелуе, а на другом — «смотрят» на зрителя.

Произведение очень символично и таит в себе глубокий смысл.

Некоторые критики интерпретируют этот сюжет как отображение человеческой неспособности полностью раскрыть истинную природу своих взаимоотношений даже с самыми близкими людьми…

Версии создания картины

Существуют две основные версии создания картины «Влюбленные». Согласно наиболее распространенной из них причиной рождения в сознании художника столь необычных образов стала его детская травма, связанная с трагической гибелью матери.

Магритт был подростком, когда его мать утопилась. Будучи молодой и красивой, она покончила с жизнью, прыгнув с моста в реку. Когда тело погибшей было обнаружено, её голова была обернута тканью. Скорее всего, женщина специально закрыла себе лицо, чтобы не выглядеть обезображенной после смерти.

В соответствии со второй, менее популярной версией, происхождение этого тревожного изображения является следствием увлечения Магритта «фантомасом» — темным героем триллера. Личность фантомаса никогда не открывалась. Он всегда появлялся в фильмах, будучи замаскированным тканью или чулком на голове.

Описание и анализ

Художнику нравилось, когда тайну изображаемых им образов пытались раскрыть при помощи различных интерпретаций. Однако сам он не соглашался ни с одной из них.

Магритт писал: «Мои картины – изображения, которые ничего не скрывают…они вызывают тайну и, действительно, когда человек видит одну из моих работ, задается этот простой вопрос: Что это значит? Это ничего не значит, потому что тайна ничего не значит, она непознаваема».

Магритт всё время говорит в своих картинах об обманчивости всего видимого и его скрытой таинственности, которую человек обычно не замечает.

Распространено мнение, что, изобразив две фигуры без лиц, он хотел передать идею о слепоте любви во всех смыслах — влюбленные никого не видят вокруг себя, окружающие также не видят их лиц, но, кроме того, они являются загадкой и друг для друга.

Однако многим, кто внимательно изучал картину «Влюбленные», трактовка о слепоте любви представляется весьма банальной. Сама жизнь художника является полным опровержением этой мысли.

В возрасте четырнадцати лет он познакомился с Жоржеттой Бергер, в двадцать четыре года женился на ней, и на протяжении сорока пяти лет она была его единственной женщиной, моделью и музой.

Неужели художник был слеп всю свою жизнь?

Попробуем всё же разобраться в загадках Магритта, а заодно и ответить на вопрос, для чего ему понадобилось написать два полотна. Начнем с целующихся «Любовников», как это сделал и сам художник. Автор изобразил персонажей в порыве страсти. Об этом говорят складки наброшенных на голову кусков ткани.

Страсть, вспыхнувшая между двумя людьми, действительно приводит к ослеплению. Она лишает способности объективно мыслить и замечать очевидное.

Об этой картине имеет место и такое интересное суждение: Магритт не просто закрыл глаза влюбленным, он замотал им головы, реализовав таким образом метафору — «потеряли голову от любви». Ещё одна очень интересная деталь картины – поцелуй через полотно.

Возможно, художник изобразил ненастоящую любовь, не способную дать наслаждение от соприкосновения тел, их проникновения друг в друга? Возможно, на полотне изображена греховная страсть, которая стыдливо прикрывается и как бы предохраняется белыми покрывалами? А может быть, художник попытался таким образом вынести приговор человеческим чувствам – мол, даже сильная любовь не способна подарить возможность постичь истину? Даже по-настоящему влюбленные люди остаются слепыми – они не видят ничего вокруг себя, не видят лиц друг друга и никогда друг друга не познают полностью?

Картину можно трактовать и более оптимистично: любовь сама по себе настолько самодостаточна, что зрение ей не нужно. Влюбленным людям совершенно не обязательно видеть друг друга и окружающий их мир. Они способны почувствовать близость даже сквозь двойной слой наброшенной ткани. Таким способом художник доносит до нас мысль о том, что истинные чувства не знают никаких материальных преград.

Эти любопытные догадки подтверждаются сюжетом второй картины. При внимательном сравнении можно увидеть целый ряд отличий на полотнах, который не исчерпывается только позами влюбленных. Во-первых, художник изменил фон: действие первой картины происходит в закрытом пространстве, а вторую пару влюбленных мы наблюдаем под открытым небом.

Во-вторых, автор обрядил персонажей в другие одежды. В-третьих, изменилось общее настроение картины: сконцентрированная напряженность первой сцены сменилась расслабляющим умиротворением второй. Художник как будто пытается сказать, что страсть тут ни при чем.

Теперь уже совершенно спокойные персонажи смотрят не друг на друга, а на зрителя и окружающий мир.

Но мы по-прежнему не можем увидеть их лиц, а они по-прежнему «слепы»! Возможно, это и является апофеозом любви? У человека, познавшего настоящее чувство, открывается истинное внутреннее зрение, позволяющее ему глубоко чувствовать этот мир, а не созерцать доступное для всеобщего обозрения его жалкое подобие? И препятствия в виде наброшенных на героев полотен, а также предметов одежды, слов, стен, искусственных звуков и красок больше не в состоянии им помешать наслаждаться подлинной красотой этого мира? Возможно, открытие именно этой вдохновляющей истины и является самой ценной наградой за разгадку живописного ребуса Магритта – художника, знавшего о жизни значительно больше, чем мы?

Магритт признавался, что считает своей главной целью заставить зрителя задуматься. Вот почему его картины часто напоминают ребусы. Но в отличие от обычных головоломок разгадать их практически невозможно, потому что они ставят вопросы о самой сути бытия.

Источник: https://5sec.info/kartiny/kartina-rene-magritt-vlyublennye-lyubovniki/

Марк Шагал: история неземной любви

В 1909 году Шагал в многообразии новых стилей пытался найти свой путь, просил Бога помочь его душе открыться. И Бог послал ему Бэллу (тогда ее звали Берта, Бэллой она станет в Париже). Шагал описывает их знакомство так: «…

ее молчание это мое молчание, ее глаза это мои глаза. Как будто мы давным-давно знакомы и она знает обо мне все: мое детство, мою теперешнюю жизнь и что со мной будет». Берта так же не осталась равнодушной: «Я не смею поднять глаза и встретить его взгляд.

Его глаза сейчас зеленовато-серые, цвета неба и воды. Я плыву в них, как в реке».Она сразу разглядела талант Шагала и его характер. Он несгибаемо занимался творчеством. Это была не цель жизни, живопись была его жизнью.

Поддержка Бэллы много значила для него: «Долгие годы ее любовь освещала все, что я делал».

Марк Шагал «Над городом», 1919Шагал отмечал, что рядом с женой чувствует невероятную легкость и полет, поэтому часто изображал их на картинах парящими в воздухе. Вместе они прожили 29 лет. Во время Второй мировой войны супруги бежали в Америку, скрываясь от антисемитской машины фашизма. 25 августа 1945 года, узнав об освобождении Франции, Бэлла и Шагал радостно начали собирать вещи. Бэлла умерла 10 дней спустя. В момент, когда они были в захватывающем ожидании новой жизни.Внезапная инфекция забрала ее за несколько дней. Шагал очень тосковал, а через 3 года встретил новую музу.

Конечно, с Бэллой сравниться никто не мог и до конца жизни она оставалась его главной любовью. Но не единственной.

Марк Шагал и Бэлла Розенфельд

Была ли Бэлла настолько уникальна и прекрасна, или это любовь Шагала делала ее такой?

В начале своего творческого пути он нарочно стремился исказить формы, реализм ему претил. Шагал говорил, что он изображает человека с его размышлениями, памятью, эмоциями, поэтому он и не может выглядеть реалистично.

Еще больше картин каждый день в моем Инстаграм блоге.

«Зеленый скрипач», 1924

Шагал, в первую очередь, считается гением колористики. Его яркие краски поражают нас и сегодня, а мы видели ядовитые мультики и фильм “Аватар”. Можете представить ошеломление публики сто лет назад.

Париж сразу “подсел” на тему Витебска: маленькие домики, церкви, мужики с бородой. И Шагал щедро давал публике то, что она хотела.

Его взлет во многом был обусловлен темой его раннего творчества — жизнью в далекой царской России, которая казалась такой загадочной и романтичной для Европы.

«Синий дом», 1917″Влюбленные», 1928″Белая лошадь», 1960″Прогулка», 1918

Еще больше картин каждый день в моем Инстаграм блоге.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5af7346f8c8be3edc9fe731d/5b031b03a936f4e52e30cfdc

Описание картины Марка Шагала «Голубые любовники»

Описание картины Марка Шагала «Голубые любовники»

Марк Шагал, художник, который стал знаменит и известен благодаря серии картин, посвященным двум. Большой период своей жизни художник провел за территорией России. Несмотря на это, он всегда считал себя русским живописцем, каждый раз стараясь подчеркнуть свою родовую общность с традициями России.

Всемирно известные «цветные» шедевры мастера – «Голубые любовники», «Розовые любовники», «Серые любовники», «Зеленые любовники» были посвящены одной единственной любимой его женщине – Белле Розенфельд.

Картины создавались в период их брака с Беллой. Это была удивительная женщина – она ждала любимого 4 долгих года (который просто сбежал от своей невесты), пока он жил в Париже. Ждала и писала ему нежные письма.

У них не было тайн друг от друга.

В картине «Голубые любовники» Шагал изобразил человеческие фигуры как будто из сновидений. В пространстве предметы качаются, изгибаются. Все можно рассмотреть под разными углами. Как будто в невесомости. Синий цвет – это олицетворение Богоматери, царства Небесного. Шагал использовал этот цвет для передачи своих ощущений влюбленности, счастья.

Как стало известно позже, из дневников художника, все его картины должна была одобрить именно Белла. После ее смерти в 1944 году, Шагал перестал рисовать почти на год.

Для художника Шагала характерны тонкая красочность, выразительный живописный рисунок, который наполнен одухотворенностью и нежностью. Все его картины можно прочитать, если знать цветовую символику, которую использовал художник.

(3 votes, average: 5.00

Источник: https://opisanie-kartin.com/opisanie-kartiny-marka-shagala-golubye-lyubovniki/

Марк Шагал

   Марк Шагал (1887 – 1985)

Портрет молодого Шагала кисти его учителя Ю. М. Пэна (1914)

    Александр Бенуа о выставке Шагала.

   Ну что же? Должен сознаться — c'est captivant. [Это чарующе (франц.).] Ничего не поделаешь. Это то искусство, которое как раз мне должно претить в чрезвычайной степени. Это то, что во всех других сферах жизни я ненавижу (я еще не разучился ненавидеть), с чем я, несмотря на всю свою душевную усталость, еще не могу примириться — и все же это пленит, я бы даже сказал — чарует, если держаться точного смысла этого слова. В искусстве Шагала заложены какие-то тайные чары, какое-то волшебство, которое, как гашиш, действует не только помимо сознания, но и наперекор ему

   Шагал удостоился премии Карнеги. Это уже своего рода мировая consecration. [Признание (франц.).] Но и до того он вот уже десятки лет принадлежит к тем художникам, имена которых получили всесветную известность, про которых критики не пишут иначе, как пользуясь готовыми штампованными формулами, а это является выражением величайшего почитания.

Шагал — настоящая ведетта, вроде, ну скажем, Чаплина. И эта признанность может считаться вполне заслуженной. Он действительно подошел к эпохе, он шевелит в людях такие чувства, которые почему-то тянет испытывать.

Можно еще найти в этом искусстве элементы бесовского наваждения или действия сил нечистых, однако об этом говорить не позволяется, а если разрешается, то не иначе как в ироническом тоне, или как о некоей “аллегории”.

Несомненно, есть что-то общее между творчеством Шагала и творчеством всяких художников — демониаков средневековья, часть которых упражнялась в “украшении” священнейших соборов всякой скульптурной чертовщиной, другая окружала миниатюры молитвенников самыми безрассудными и столь ехидными гримасами.

Той же чертовщиной увлекались такие великие мастера живописи, как Босх или старший Брейгель, как Шонгауэр и как Грюневальд, — и со всеми ими у Шагала есть, по крайней мере, то общее, что он всецело подчиняется произволу своей фантазии; что он пишет то, что в голову взбредет; что он вообще во власти чего-то такого, что не поддается какому-либо разумному определению. Однако просто от вздора и шалости и от бредового творчества сумасшедших творения Шагала отличаются именно своими подлинными чарами.

   Нынешняя выставка (открытая в галерее Май, 12, рю Бонапарт) лишний раз подтвердила во мне мое отношение к искусству Шагала (я был одним из первых, кто четверть века назад оценил это искусство), и в то же время она рассеяла прокравшееся в меня сомнение; не снобичен ли Шагал; не стал ли он шарлатанить, не превратился ли он, толкаемый к тому успехом, в банального трюкиста, который торгует тем, что когда-то давало ему подлинное вдохновение? Такие вопросы могли вполне естественно закрасться в душу, так как репертуар Шагала все такой же ограниченный, и он только и делает, что повторяет одни и те же темы.

   Так и на данной выставке мы снова увидели все тех же летающих бородатых иудеев, возлежащих на диване любовников, белых невест, акробатов, нежных эфебов с букетами, порхающих ангелочков, согбенных жалких скрипачей, и все это вперемежку с какими-то музицирующими козлами, с гигантскими курицами, с телятами и апокалиптическими конями. Да и в смысле фона это опять то же черное небо с разноцветными ореолами светила, те же домишки грязной дыры из ужасного захолустья, тот же талый снег, или же рамы окон, зеленеющие кусты, стенные часы, семисвечники, торы. Меняется лишь расположение этих разнообразных элементов, и меняется формат картины. Видно, без иных из этих обязательных деталей художник просто не может обойтись, и они нет-нет да и пролезут в его композицию, которая ему кажется незаконченной, пока именно какой-либо такой козел-скрипач или крылатый вестник не нашли себе места.

   Я шел на выставку без большой охоты, в предвидении именно этих повторений, успевших за годы моего знакомства с творчеством Шагала сильно приесться.

Но вот эта новая демонстрация “упражнения с ограниченным количеством реквизитов” не только меня не огорчила, но она пленила меня, а, главное, не получилось от этого сеанса впечатления трюкажа или хотя бы до полного бесчувствия зазубренного фокуса.

В каждой картине, в каждом рисунке Шагала все же имеется своя жизнь, а, следовательно, свой raison d'etre. Каким-то образом все это, даже самое знакомое, трогает; не является и сожаление вроде того, что “вот такой замечательный талант, а так себя разменивает, так себя ограничивает”.

Шагал просто остался верен себе, а иначе он творить не может. Но когда он берется за кисти и краски, на него что-то накатывается, и он делает то, что ему велит распоряжающееся им божество — так что выходит, что вина божества, если получается все одно и то же.

   Но только божество это, разумеется, не Аполлон. Самое прельстительное и, безусловно, прельстительное в Шагале, это — краски, и не только их сочетание, но самые колеры, каждый колер, взятый сам по себе. Прелестна эта манера класть краски, то, что называется фактурой.

Но и эти красочные прелести отнюдь не аполлонического происхождения. Нет в них ни стройной мелодичности, ни налаженной гармонии, нет и какой-либо задачи, проведения какой-либо идеи. Все возникает как попало, и невозможно найти в этой сплошной импровизации каких-либо намерений и законов.

Вдохновения — хоть отбавляй, но вдохновение это того порядка, к которому художники, вполне владеющие своим творчеством, относятся несколько свысока.

Почему не быть и такому искусству, почему не тешиться им? Тешимся же мы рисунками детей или любителей, наслаждаемся же мы часто беспомощными изделиями народного творчества — всем тем, в чем действует непосредственный инстинкт и в чем отсутствует регулирующее сознание.

Мало того, этим наслаждаться даже полезно, это действует освежающе, это дает новые импульсы. Но аполлоническое начало начинается лишь с того момента, когда инстинкт уступает место воле, знанию, известной системе идей и, наконец, воздействию целой традиционной культуры.

   Это все и почиталось до начала XX века настоящим искусством; с историей этого искусства знакомят нас музеи, и из-за такого искусства эти музеи приобрели в современной жизни значение бесценных хранилищ, чуть ли не храмов.

Мы общаемся в них с высочайшими и глубочайшими умами (хотя бы эти умы и выражались подчас в очень несуразных, странных формах, а то и просто снисходили до шутки, до балагурства).

Но странное впечатление будут производить в этих же музеях картины Шагала и других художников, рожденные нашей растерянной, не знающей, a quel saint se vouer [Какому святому поклониться (франц.).] эпохой.

Выражать свою эпоху они, разумеется, будут и будут даже делать это лучше, нежели всякие картины более разумного и трезвого характера, или же такие картины, которые выдают большую вышколенность.

Однако я сомневаюсь, что будущие поколения преисполнятся уважения к нашей эпохе после такого ознакомления с ней, и станут на нас оглядываться так, как мы оглядываемся на разные пройденные фазисы человеческого прошлого — с нежностью, с умилением, а то и завистью. Люди благочестивые среди этих будущих (сколь загадочных!) поколений, вычитывая душу нашего времени из этих типичнейших для него произведений (из живописи Шагала, среди многого другого), скорее почтут за счастье, что подобный кошмар рассеялся, и обратятся к небесам с мольбой, чтобы он не повторялся.

   Мне хочется выделить одну из картин на настоящей выставке Шагала.

Если она не менее кошмарна, нежели прочие, если она и очень характерна для Шагала, если и в ней доминирует импровизационное начало, то все же она, как мне кажется, серьезнее всего прочего, она, несомненно, выстрадана, и чувствуется, что, создавая ее, художник, вместо того, чтобы прибегать к привычному творческому возбуждению, имеющему общее с кисловато-сладостной дремотой, был чем-то разбужен, не на шутку напуган и возмущен. Несомненно и то, что поводом к созданию этого видения были реальные события. Однако самый смысл представленного символа мне непонятен. Почему именно бледный труп пригвожденного к кресту Христа перерезает в белом сиянии наискось мрак, разлитый по картине?! Непонятны и разные другие символы (непонятны именно в качестве символов), что разбросаны по картине. Однако в целом это “видение” поражает и подчиняет внимание. Следует ли толковать присутствие Христа, как луч надежды? Или перед нами искупительная жертва? Или же сделана попытка обличения виновника бесчисленных бед? Считали же иные что все беды, обрушившиеся на человечество за долгие века христианской эры, — прямые плоды того учения, которое, проповедуя милость и любовь, на реальном опыте повлекло за собой более жестокие и злобные последствия, нежели все, ему предшествовавшее.

   Как решить задачу, я не знаю. Картина сама по себе не содержит ответа, а обращаться за изустными комментариями к самому творцу (если бы он пожелал их дать) я не намерен. Но одно, во всяком случае, остается бесспорным. В картине “Христос” представлено нечто в высшей степени трагическое и такое, что вполне соответствует мерзости переживаемой эпохи. Это — документ души нашего времени.

И это — какой-то вопль, какой-то клич, в этом и есть подлинный пафос! Быть может, эта картина означает и поворот в самом творчестве Шагала, желание его отойти от прежних “соблазнительных потех”, и в таком случае можно ожидать от него в дальнейшем других подобных же откровений. Шагал — художник подлинный, и то, что он со всей искренностью еще скажет, будет всегда значительно и интересно.

  • 1940 г.
  • Автопортрет с кистями
  • Девочка на софе. 1907
  • Дом в Лиозне. 1908
  • Мясник. 1910
  • Портрет сестры художника (Анюта). 1910
  • Невеста с веером. 1911
  • Я и деревня. 1911
  • Еврейская свадьба
  • Поэт Мазин. 1911 — 1912
  • Солдаты. 1912
  • Торговец скотом. 1912
  • Старый еврей. 1912
  • Понюшка табака. 1912
  • Солдат пьет. 1911 — 1912
  • Еврей за молитвой.1912 — 1913
  • Автопортрет с семью пальцами. 1913
  • Скрипач. 1912 — 1913

Парикмахерская.(Дядя Зусман). 1914

  1. Синие любовники. 1914
  2. Часы. 1914
  3. Давид. 1914
  4. Давид в профиль. 1914
  5. Еврей в зеленом. 1914
  6. Продавец газет. 1914
  7. Лежащая обнаженная. 1914

На носилках. Раненый солдат. 1914

  • Портрет сестры Марьясинки. 1914
  • Автопортрет. 1914

Молящийся еврей. Раввин Витебска. 1914

  1. Зеленые любовники. 1915
  2. Красный еврей. 1915
  3. Солдаты с хлебом. 1915
  4. День рождения. 1915
  5. Окно в деревне. 1915
  6. Война. 1915
  7. Любовники в розовом. 1916

Клубника. Белла и Ида за столом. 1916

  • Белла с белым воротничком. 1917
  • Серые любовники. 1917
  • Художник на луне. 1917
  • Окно в сад.
  • Интерьер с цветами. 1918
  • Над городом. 1918

Автопортрет с музой. Сон. 1918

  1. Прогулка. 1918
  2. Свадьба. 1918
  3. Вечный жид. 1925
  4. Три акробата. 1926
  5. Лев состарился. 1927
  6. Петух. 1929
  7. Женщина и розы. 1929
  8. Аврам плачет о Саре. 1931
  9. Иосиф, пастух. 1931
  10. Моисей распространяет смерть меж египтянами. 1931
  11. Ной получает повеление построить ковчег. 1931
  12. Ной выпускает голубя в окно ковчега. 1931
  13. Одиночество. 1933
  14. Белое распятие. 1938
  15. Весна. 1938
  16. Сон в летнюю ночь. 1939
  17. Ночью. 1943
  18. Слушая петуха. 1944
  19. Дом с зеленым глазом. 1944
  20. Корова с зонтиком. 1946
  21. Букет и летящие любовники. 
  22. Синий скрипач. 1947
  23. Любовники у моста. 1948
  24. Древо жизни .1948
  25. Ночь. 1953
  26. Портрет Вавы
  27. Автопортрет с палитрой. 1955
  28. Скотный двор. 1962
  29. Вирсавия. 1962 — 1963
  30. Любовники в небе Ниццы. 1964
  31. Лунария. 1967
  32. Цирк с желтым клоуном. 1967
  33. Гладиолусы. 1967
  34. Волшебная флейта. 1967
  35. Накрытый стол с видом на Сен-Поль де Ванс. 1968
  36. Цирк в деревне. 1969
  37. Перед картиной. 1968 — 1971
  38. Цветной клоун. 1974
  39. Новобрачные на фоне Парижа. 1980
  40. Воспоминания художника. 1981
  41. Букет цветов. 1982

Источник: https://art.mirtesen.ru/blog/43923631952/Mark-SHagal?page=2

Ссылка на основную публикацию