Радости бала, антуана ватто

21.07.2008

Публикации

Искусство Ватто чутко отразило наступление нового века, открывавшего перед художниками возможность более свободного видения мира во всем непостоянстве и глубине его явлений, разбившего механицизм мышления сторонников Декарта — картезианцев.

Недолгая жизнь этого художника, умершего в тридцатисемилетнем возрасте, пришлась на рубежный период, и первые два десятилетия XVIII столетия он как бы входил в искусство вместе с новым веком.

Был ли Антуан Ватто художником вне времени, как иногда принято считать из-за того, что его искусство вскоре было отвергнуто официальной критикой XVIII столетия, ценившей морализаторство и антикизирующую героизацию в соответствии с эстетическими вкусами века Просвещения? Само его искусство опровергает эту мысль.

Созданный Ватто жанр «галантных праздников» с изображением легких и пластичных, напоминающих изящные танагрские статуэтки фигурок дам и кавалеров на фоне зелени парижских парков, действительно, мало отвечал официальным вкусам уже в середине века.

Но, глядя на небольшие полотна Ватто, со всей полнотой чувствуешь магию искусства XVIII века с присущей ему тонкостью ощущений «шарма жизни» (именно так назвал один из «галантных праздников» художник) и, одновременно, каких-то печальных ее нюансов. «То была прекрасная эпоха», — хочется сказать, глядя на них, словами Шарля Бодлера, наряду с братьями Гонкур по достоинству оценившего искусство забытого художника, предвосхитившего эстетические искания XIX столетия.

Радости бала, Антуана Ватто

Нескромность. 1717

Во времена Ватто, когда формировалась утонченная культура рококо, художники были более свободны в поисках идеалов прекрасного, чем в середине и второй половине столетия, когда в ранг моды, а затем и постулата была возведена рационалистическая теория подражания античности.

Однако искусство Ватто в самом начале века выразило главную направленность эстетики Просвещения — соотнесение реальности и идеала, видение реальности сквозь эти идеальные образы прекрасного. И обладавший огромным даром воображения художник, как никто другой в его эпоху, сумел найти свои краски для воплощения их синтеза.

Именно воображение, столь ценимое веком, позволило ему видеть и разлагать реальность, синтезируя новое.

Радости бала, Антуана Ватто

Гамма любви. Ок. 1717—1719

Ватто родился в Валансьенне, на севере Франции, где сильно было влияние искусства Фландрии. Его первым учителем был, возможно, Ж.А. Жерен, автор алтарных образов в местных церквях. В 1702 году Ватто отправился в Париж, открывший перед молодым провинциалом большие возможности самосовершенствования.

Знакомство в 1704—1705 годах с К. Жило, фламандским живописцем, ценившим гротеск и писавшим небольшие картины с изображением комических театральных постановок, сцены маскарадов, укрепило возникший у Ватто интерес к театру.

Полезной оказалась для вхождения в парижскую художественную среду и недолгая работа у живописца-декоратора К. Одрана, украшавшего дворцы в Марли и Медоне. У него Ватто освоил искусство орнамента, и изданные в 1731 году в офорте Ж.

де Жюльеном «арабески» художника нашли самое широкое применение в искусстве XVIII столетия. Среди близких друзей художника в 1700—1710-е годы были критик А. де Ла Рок, маршаны и коллекционеры Сируа, Жерсен, П. Кроза, издатель его офортов Ж.

де Жюльен, музыканты, актеры, живописец фламандского происхождения Н. Флейгельс. Это был круг просвещенных людей, в котором прекрасно себя чувствовал художник, уже имевший много заказов и пользовавшийся признанием современников.

В 1708—1709 годах Ватто занимался в Академии художеств, но, не получив «Римской премии», так и не побывал в Италии.

Известно, что эта поездка была его мечтой; он хотел увидеть произведения венецианцев, которые знал лишь по работам из коллекции П. Кроза. О расположении к Ватто высших лиц Королевской академии свидетельствует то, что ее президент Ш.

де Лафосс заказал молодому художнику панно на сюжеты Времена года для украшения своего особняка на улице Ришелье.

Историческая живопись, занимавшая высшее положение в иерархии жанров, не увлекала Ватто. Ему принадлежит ряд полотен на религиозные («Святое Семейство», 1716—1717, Париж, Лувр) и мифологические сюжеты («Юпитер и Антиопа», ок. 1712; «Купание Дианы», 1716; «Суд Париса», 1720; все — Париж, Лувр).

В некоторых из них сказалось увлечение фламандской живописью, знание работ французских мастеров «большого стиля». Они суховаты и по живописному исполнению.

Наиболее эффектен образ золотоволосой Цереры, олицетворяющей «Лето» (1717—1718, Вашингтон, Национальная галерея искусства), из серии полотен на сюжеты «Времен года», исполненных по заказу П. Кроза.

Очевидно, что этот жанр не отвечал дарованию Ватто, в них не заключено то очарование, которое рождают его сценки биваков и «галантных праздников», изображения актеров французской и итальянской комедий, жанровые портреты. Прирожденный рисовальщик, Ватто очень рано, еще в Валансьенне, оценил возможности работы с натуры.

В его рисунках, исполненных сангиной или в технике «трех карандашей» (сангина, уголь и мел) или бистром с размывкой кистью, чувствуется утонченная культура рисовальщика XVIII столетия. Они рождают радость, ощущаемую и самим художником, и зрителем, которому она передается.

Из нежных линий и мягких пятен растушевки легко и грациозно возникают очаровательные, по-разному склоненные женские головки, образы современных франтов, наделенные то изысканной миловидностью, то характерностью. В рисунках он уточнял все нюансы будущих картин: композицию, позы, жесты, детали костюмов, изломы складок шелковых тканей.

Живописные полотна Ватто создавал без этюдов, пользуясь лишь рисунками. И в этом он был мастером своего века, смело нарушал академические принципы, искал более простые методы передачи натуры.

Радости бала, Антуана Ватто

Савояр с сурком. 1716

События современной действительности нашли отражение в изображении «биваков». В годы войны между Францией и Фландрией Ватто мог часто наблюдать подобные привалы солдат, беженцев-крестьян, маркитантов, передвигающихся по дорогам страны.

Он писал эти сценки по заказу торговца картинами Алруа, они легко раскупались, воспроизводились в гравюрах. Столь же искренен образ бродячего шарманщика с сурком в полотне «Савояр с сурком» (1716, Санкт-Петербург, Государственный Эрмитаж).

Радости бала, Антуана Ватто

Актеры французского театра Ок. 1712

Радости бала, Антуана Ватто

Жиль (Пьеро). 1721

Ценивший дар импровизации, театральной травестии, Ватто посвящает свой талант изображению сцен с актерами французской и итальянской комедий. Герои его картин — Арлекин, Пьеро («Жиль», 1721, Париж, Лувр), гитарист Меццетен (1717—1719, Нью-Йорк, Музей Метрополитен) — известные персонажи комических пьес, шедших на сцене.

Радости бала, Антуана Ватто

Любовь в итальянском театре. 1718

Ватто располагает их, как на подиуме сцены в полотнах «Любовь в итальянском театре», (после 1716, Берлин, Государственные музеи), Актеры французского театра (ок. 1712, Санкт-Петербург, Государственный Эрмитаж).

В каждой сценке сразу же улавливается атмосфера французского театра с его церемониями, галантными разодетыми актерами или более простонародный дух театра итальянского, в котором царит дух комедии дель арте.

Для художника важно акцентировать в данной сцене какое-то одно чувство, подчинить его выражению «игру» всех персонажей.

Радости бала, Антуана Ватто

Капризница. Ок. 1718

Образы играющего шута в полотне «Равнодушный» (1717, Париж, Лувр) или юной «Капризницы» (ок. 1718, Санкт-Петербург, Государственный Эрмитаж) — это, одновременно, портрет-тип и некое театральное амплуа. В результате реальных наблюдений, соотнесенных с идеальным образом театра, рождаются очаровательные создания.

Радости бала, Антуана Ватто

Меццетен. 1717—1719

Дух театрального перевоплощения присущ и портретам Ватто.

Он любит создавать костюмированные портреты, как в картине В костюме «Меццетена» (Лондон, Коллекция Уоллес), на которой изображен Сируа в окружении супруги и хорошеньких дочерей, головки которых часто встречаются рисунках Ватто, особенно Марии Луизы, ставшей супругой Жерсена — автора первого каталога произведений Ватто (1736). Друг художника Н.

Флейгельс изображен в полотнах «Шарм жизни» (Лондон, Коллекция Уоллес) в образе гитариста и «Венецианский праздник» (1717, Эдинбург, Национальная галерея Шотландии) — танцора.

Критик Антуан де ла Рок, много писавший о Ватто в газете Французский Меркурий, запечатлен в пейзаже среди мифологических персонажей, в сцене, напоминающей эпизод из театральной постановки. Жест руки с открытой ладонью, принятый в этикете столетия, указывает на размышление, которому он предается на лоне природы. Более традиционен образ скульптора А. Патера (1709, Валансьенн, Музей изящных искусств), отца ученика Ватто Ж.-Б. Патера, тоже уроженца Валансьенна.

Радости бала, Антуана Ватто

Общество в парке. 1717

Круг известных Ватто людей, возможно, запечатлен им и в «галантных праздниках». На полотнах «Перспектива» (1715, Бостон, Музей изящных искусств), «Елисейские поля» (Лондон, Коллекция Уоллес), «Общество в парке» (Берлин, Государственные музеи) вряд ли изображены статисты, как утверждал один из биографов художника.

Известно, например, что в полотне Перспектива Ватто воспроизвел аллею парка около дома П. Кроза в Монмаранси. В глубине аллеи, за фигурками развлекающихся дам и их спутников, виден театральный павильон, выстроенный для спектакля Бракосочетание Фемиды.

Не важно, где предпочитал писать с натуры деревья Ватто — в парке Тюильри или у Люксембургского дворца, но воспроизведенные его легкой, трепетной кистью, они всегда создают прелестное декоративное обрамление веселых компаний парижан, а вдали, словно за сценой, виден прорыв в светлое небесное пространство.

Элемент театральности привносят в «галантные праздники» парковые скульптуры нимф и Венер, трактованные, порой, гротескно, и напоминающие фигуры живых людей, наблюдающих за происходящим. Не случайно, Ватто называет свои полотна Праздник любви или Шарм жизни: он показывает в них театрализованную реальность, способную вызвать прекрасные ощущения.

Как персонажи театра и реальности одновременно смотрятся горожане в аристократических париках и корсетах, простых платьях и фетровых шляпах. Сам жанр «галантных праздников» мог быть навеян работами фламандцев XVII столетия, но они переданы кистью французского художника, тонко чувствующего «шарм» реальной французской жизни начала XVIII столетия.

Радости бала, Антуана Ватто

Отплытие на остров Цитеры. 1718—1719

Меткий глаз Ш. Бодлера отметил в известном полотне «Отплытие на остров Цитеры» (1717; Лувр; версия — 1718—1719, Берлин, дворец Шарлоттенбург), принадлежащем к этому жанру, прежде всего «игривость» и «проказливость».

Критик не искал в нем усложненного философского подтекста. Это тоже праздник любви на лоне природы, в изображении которого найдена необходимая гармония сплава реальности и идеала, каковым всегда для художника был мир театра, воплощавшего его мечту о прекрасном.

За эту картину Ватто в 1717 году получил звание академика.

Вывеска Жерсена. 1721

Позднее полотно «Вывеска Жерсена» (1721, Берлин, дворец Шарлоттенбург) с изображением антикварного магазина его друга — важное свидетельство того, что превыше всего Ватто ценил натуру. Это живая иллюстрация художественной жизни Парижа начала века. Возможно, и здесь многие образы портретны, и эта полная живых персонажей сценка воспроизводит среду, которая окружала художника.

Образ Ватто донесли до нас карандашный портрет Ф. Буше и пастель венецианки Р. Каррьера, посетившей в 1720 году мастерскую художника в Париже до его объезда в Ножан-Сюр-Марн, где он скончался. Именно таким, как на пастели Р.

Каррьера, — с умным, с тонкими чертами лицом, добрыми глазами можно представить себе Антуана Ватто.

Его искусство оказалось особенно духовно близким художникам XIX века, искавшим, подобно ему, пути более глубокого, адекватного их собственным чувствам изображения окружающего мира.

Елена Федотова

Источник: http://www.art-catalog.ru/article.php?id_article=582

Балы и светские рауты

Радости бала, Антуана Ватто

Adolphe Iosif Charlemagne/Celebrations of Tsarskoe Selo /Pavlovsk/Concert 

Бал – настоящая находка Для юных франтов и для дам; Его с восторгом ждет красотка, Он праздник пасмурным отцам. Чтоб дочка куколкой оделась, Хлопочет опытная мать, А чтоб она не засиделась, Везет ее потанцевать.

  • (Ф.Кони)
  • Радости бала, Антуана Ватто

Кардовский. Бал в петербуржском дворянском собрании. 1913.

Garrido_Eduardo_Leon/Preparing for the Ball

Радости бала, Антуана Ватто

С давних времен люди стремились налаживать отношения с представителями различных кругов общества (разумеется, в рамках одного социального слоя). С этой целью устраивались балы.
Радости бала, Антуана Ватто(от фр. bal, итал. ballo, нем. Ball — танцевать) — собрание многочисленного общества лиц обоего пола для танцев. Балы отличаются от обычных танцев или дискотеки повышенной торжественностью, более строгим этикетом и классическим набором танцев, следующих в заранее определённым порядке. 

  1. Радости бала, Антуана Ватто
  2. Ватто Антуан/Радости бала
  3. Радости бала, Антуана Ватто
  4. Alfred Stevens/Preparing for the Ball

Catala_Luis_Alvarez_Woman_Before
Начало балов восходит к празднествам при французском и бургундском дворах. Первый бал, о котором имеются сведения в истории, был дан в 1385 г. в Амьене, по случаю бракосочетания Карла VI с Изабеллой Баварской.

  • Радости бала, Антуана Ватто
  • Рубаненко Валерий Владимирович/Бал в Екатериненском дворце
  • Одри Хэпберн и Джереми Бретт «Война и мир» (Бал Наташи Ростовой)
  • James_Tissot/A_Woman_of_Ambition 
  • Сегодня бал, в огнях весь дом
    Подъехали кареты
    Шампанское укрыто льдом
    И слуги приодеты Вплывают дамы, всех слепят
    Бриллианты и сапфиры
    Надеты модные шарфы
    На оголенных спинах Везде банты и кружева
    Мелькают эполеты
    И знатоки Парижских мод
    В новинки разодеты Зал весь в свечах и зеркалах
    Хрустальный звон бокалов
    Хозяин дома объявил
    Раздолию начало Мазурки музыка звучит
    Её сменяют вальсы
    Никто веселья не отверг
    И скучным не остался И лишь седые генералы
    Не бросили беседы
    Былым годам ведут разбор
    В сраженьях и победах Гусары треплют чубуки
    Потягивая вина
    И вызывают вздохи дам 
    Их белые лосины Грохочет бал, сияет бал
    Летают в косах ленты
    Повсюду музыка звучит
    И шепот комплиментов Заставив девушек краснеть
    Под взглядом откровенным
    Столичный франт небрежным жестом
    Потребовал мадеры Воспоминанья старых дев
    Под жалостные вздохи
    Какие чудные балы
    Давали в Петергофе Не в меру выпивший майор
    Рукой рубая воздух
    Юнцам восторженным твердит
    В каких он был походах Безусый юнкер, чуть дыша
    Со спутницей кружится
    И бога молит про себя
    Чтоб вечно бал продлился Сей праздник память сохранит
    Останется потомству
    Приятно время провели 
    В забавах и знакомствах Замолк оркестр, в окне рассвет
    И слуги гасят свечи
    Гостей развозят по домам 
    Красивые кареты Довольны все и стар и млад
    Вот будет разговоров
    Немного жаль, грядущий бал
    Готовится не скоро
  •  (Владислав Старостин)
  • ПАРЕТ-И-АЛЬКАСАР, Луис (Paret y Alcazar, Luis)
  • Бал в Мулен де ла Галет/Огюст Ренуар, 1876
  • Жак Жозеф Тиссо/Бал на корабле,1874
Читайте также:  Описание картины «царевна-лягушка», васнецов, видеообзор

К.Брюллов. Портрет графини Юлии Павловны Самойловой, удаляющейся с бала

  1. Kinuko Y. Craft
  2. Henry Hutt (1875-1950)

Балы проводились по определенной четко утвержденной в дворянском обществе традиционной программе. Поскольку тон балу задавали танцы, то они и были стержнем программы вечера.

В XVIII веке было принято открывать бал польским танцем или полонезом, этот танец заменил менуэт, вторым танцем на балу был вальс. Кульминацией бала была мазурка, и завершал балы котильон.

Кавалеры на балах заранее записывались, приглашая дам на разные танцы. Во второй половине XVIII—XIX веке дворяне на балы ездили с удовольствием.  

  • Владимир Первунинский — Бал
  • Вильгельм Гауз. Императорский бал
  • М.Зичи Бал в концертнм зале Зимнего в честь шаха Насир-ад-Дина в мае 1873

Люис Стюарт. Бал.

Менцель Адольф. Бал в Новом дворце в 1829 году. Картина написана в 1854 

  1. М. Зичи Костюмированный бал во дворце княгини Елены Кочубей в честь императора Александра II 5 февраля 1865
  2. Пьер Сорти де Рибера. Бал в парижской Опере
  3. William Ettys Preparing Fance Dress Ball

Halle Charles Edward. Preparing For The Ball.

Балы были настолько важной частью дворянской жизни, что весь остальной досуг был подчинен подготовке к ним. В дворянских домах ни на минуту не умолкало звучание клавикордов, пение и танцевальные уроки. В конце XVIII века появился клавесин — дедушка нынешнего фортепиано. Музыка и танцы были частью дворянского образования. 

Vladimir Pervunensky. A Ball to the Sounds of Strauss

Бал имел свои правила, свою последовательность танцев и свой этикет, особые для каждой исторической эпохи. Обязательной принадлежностью бала был оркестр или ансамбль музыкантов. Танцы под фортепьяно балом не считались.

Бал всегда заканчивался ужином и очень часто включал дополнительные, кроме танцев, развлечения: небольшой концерт специально приглашенных артистов или любителей — певцов и музыкантов — из числа гостей, живые картины даже любительский спектакль

  • James_Tissot
  • Grun_Jules_The_Dinner_Party

Бал – это совершенно особенное событие в жизни человека прошлого века.

Как отмечал большой знаток русской истории Юрий Михайлович Лотман: «Здесь реализовывалась частная жизнь дворянина: он не был ни частное лицо в частном быту, ни служивый человек на государственной службе – он был дворянин в дворянском обществе, человек своего сословия среди своих.» Балами славилась столица – Санкт — Петербург, но любили их и в Москве, и в провинциальных городах.
 

Vladimir Pervunensky. In the Vortex of the Waltz

Я ПОМНЮ ВАЛЬСА ЗВУК ПРЕЛЕСТНЫЙ… Я помню вальса звук прелестный.
Весенней ночью, в поздний час,
Его пел голос неизвестный,
И песня чудная лилась.
Да, то был вальс, прелестный, томный,
Да, то был дивный вальс! Теперь зима, и те же ели,
Покрыты сумраком, стоят,
А под окном шумят метели,
И звуки вальса не звучат…
Где ж этот вальс, старинный, томный,
Где ж этот дивный вальс! (Олег Погудин)  

Танцы осваивали с раннего детства — с 5—6 лет.

Обучение танцам напоминало тренировку спортсмена, которая в нужный момент придавала танцорам ловкость, уверенность, привычность в движениях, непринужденность.

Ножки танцующих независимо от их волнения «делали свое дело». Танцы придавали манерам дворянина величавость, грацию, изящество. Это было, как говорят, «в крови» и воспитывалось с детства.

Источник: http://www.crown6.org/blog/2011-07-24-198

Из жизни антуана ватто

cocktail
at
вторник, 11 октября 2011 г.

Радости бала, Антуана Ватто

Французский художник Антуан Ватто (10.10.1684-1721) — яркий представитель барокко в живописи — слыл нервным, впечатлительным человеком. И страшно боялся смерти. Но больше всего его мучил сон, который снился ему на протяжении долгих лет. Лик Христа, искаженный страданием, грубо намалеванный и неровно вырезанный по контурам рисунка.

Что только ни делал Антуан, чтобы избавиться от жуткого сна: трудился ночи напролет над рисунками, посещал церковь, даже, говорят, дал обет сжечь все свои картины, прославляющие легкость бытия.

Напрасно, сон стал для Ватто предчувствием кончины: в той церкви, где отпевали художника, в центре алтаря висел лик распятого Христа, неумело нарисованный 
и неаккуратно вырезанный из картона.

Радости бала, Антуана Ватто

Паломничество на остров Киферу , 1717

ПОЛЕЗНОЕ ЗНАКОМСТВО!

В молодости Ватто подрабатывал в мастерской одного посредственного богомаза. Там Антуан наловчился быстро выделывать целые иконостасы. Но особенно ему удавался Святой Николай, которого часто заказывали.
— Я так хорошо знаю этого святого, — говаривал Ватто, — что вполне могу обойтись без оригинала!

Радости бала, Антуана Ватто

Капризница, около 1718

ДВА МАСТЕРА

Ватто был очень популярным живописцем и жил довольно богато. Деньгами он не дорожил и не считал их. Однажды к нему заявился парикмахер и предложил новый парик — из натурального человеческого волоса.
— Какая красота! — восхитился художник. — Какая естественность!
Он хотел расплатиться с парикмахером, но тот вежливо отказался от денег, сказав, что почтет за честь отдать этот парик великому живописцу, если получит хотя бы один или, может быть, парочку его эскизиков.
Ватто тут же с небывалой щедростью насовал ему пачку эскизов, и, довольный сделкой, парикмахер ушел.
Но Ватто все не мог успокоиться. Ему казалось, что он надул бедного человека.
Через неделю после этого случая один друг, придя к нему в мастерскую, застал Ватто у мольберта — он начал новую картину в обход всех заказов.
— Хочу отдать тому бедолаге-парикмахеру, — заявил он другу. — Мне все кажется, что я его обманул.
Другу стоило больших трудов отговорить художника от этого похвального намерения.
Радости бала, Антуана Ватто

 Общество в парке, около 1720

“СЕЙЧАС ВСЕ ИСПРАВИМ”

Один посредственный миниатюрист, придя к Ватто в гости, так замучил его своими разговорами, что художник с радостью отдал ему большую картину, лишь бы выпроводить из дома.
Через некоторое время друг Ватто, тоже художник, встретил этого говоруна в компании живописцев в трактире.
Он распространялся о том, что дружен со многими знаменитостями, которые просто-таки задаривают его своими картинами и — мало того! — нередко делают исправления на холсте, следуя его советам. Это пустое бахвальство так рассердило друга Ватто, что он все пересказал художнику.
— Конечно, не надо было ему ничего дарить, — согласился тот. — Но зато он ушел!
Однако вскоре миниатюрист появился вновь. Он заранее попросил прощения и заявил:
— Знаете, маэстро, мне кажется, в вашей картине есть кое-какие ошибки.
—  Вы скажите, что и где, — с жаром заявил Ватто, — я немедленно исправлю!
Миниатюрист тут же извлек картину из-под плаща и стал важно указывать, где и что на ней надо переписать.
—  Да-да, — кивнул живописец, — позвольте мне.
И с этими словами он взял склянку аспидного масла, которым в ту пору художники пользовались для того, чтобы смывать краски, вылил на полотно и через несколько минут вернул обомлевшему хвастуну абсолютно чистый холст.

Радости бала, Антуана Ватто

Жиль, 1718

ДОЛОЙ ОБНАЖЕННУЮ НАТУРУ!

Ватто не знал анатомии, но не особо страдал по этому поводу.
— Конечно, изображать обнаженную натуру, может быть, кому-то и приятней, но мне кажется — это слишком. Я предпочитаю одежды. И чем меньше видна под ней анатомия тем благородней!

Радости бала, Антуана Ватто

Песня любви, 1717

ЧИСТОТА ПОМЫСЛОВ

У Ватто был близкий друг — сельский священник. Так как художник отличался довольно вольными взглядами в религиозных вопросах, они часто ссорились. Обидевшись, Ватто из детской мстительности иногда изображал друга на своих картинах в виде разных неприятных персонажей.
Когда Ватто пришло время умирать, его исповедовал тот же священник.
— Давно хотел тебе признаться, — виновато сказал ему художник. — Я частенько рисовал на тебя карикатуры.
—  Это ничего, — отвечал тот, горюя о друге.
— Я писал тебя в виде разных развратников, обжор и сластолюбцев, — продолжал каяться Ватто.
— Странно, я ни разу не замечал, — удивился священник.
— Но ты же мой друг, — объяснил Ватто, — и поэтому я старался, чтобы внешне они были совершенно непохожи на тебя.

Радости бала, Антуана Ватто

Савояр с суриком, 1716

Источник: https://cocteil.blogspot.com/2011/10/blog-post_6541.html

Антуан Ватто: картины и биография мастера стиля рококо

Радости бала, Антуана Ватто

Великий французский художник Жан-Антуан Ватто родился в Валансьене в простой семье. Отец его был кровельщиком и плотником, человеком весьма небогатым. Заметив, что сын одержим страстью к рисованию, он отдал его в обучение к местному живописцу и вскоре предоставил ему самому устраивать свою судьбу.

К сожалению, первый учитель Ватто оказался человеком бесталанным, уроки его немного дали мальчику. Поэтому, желая усовершенствоваться в своем искусстве, начинающий художник через несколько лет отправился в Париж. Здесь жизнь его поначалу складывалась очень сурово.

Ради куска хлеба ему пришлось стать подмастерьем одного из живописцев, продукция которых была рассчитана на нетребовательные вкусы и сбывалась для массового распространения специальным торговцам. Хозяин нещадно эксплуатировал своих молодых помощников, платя им гроши.

В их задачу входило изготовление многочисленных копий с его аляповатых произведений, и это было особенно нестерпимо для Ватто. Наконец, счастье улыбнулось ему: он познакомился с Клодом Жилло, настоящим художником, и стал его учеником. Излюбленными сюжетами Жилло были сельские празднества, театральные и галантные сцены.

Ватто также усвоил эту тематику и навсегда остался верен ей. Очевидно, она была близка художнику по духу: ведь еще в детстве он любил рисовать занятные сценки, которые наблюдал на улицах Валансьена.

Во всяком случае многие современники Ватто отмечали, что учитель и ученик были чрезвычайно похожи друг на друга по своим вкусам и склонностям, настолько похожи, что это даже привело их к разрыву. Тем не менее Ватто всегда сохранял к Жилло чувство признательности и с уважением отзывался о его произведениях.

Расставшись с Жилло, Ватто перешел в ученики к Клоду Одрану, художнику декоративных панно и замечательному мастеру орнамента. Занятия декоративными композициями с их выразительностью, основанной исключительно на ритмике и изяществе линий, на непринужденной легкости исполнения, немало дали юному художнику для сложения его самостоятельного стиля.

И впоследствии, в зрелые годы Ватто неоднократно возвращался к декоративным композициям в своих рисунках. Одран был хранителем замечательной художественной коллекции Люксембургского дворца, и Ватто таким образом получил доступ к ее сокровищам. Он был страстным поклонником старых мастеров, и посещать коллек­цию было его любимым занятием.

Особенно восхищал его Рубенс, полотна которого чаруют своей полнокровной роскошной живописью. Ощущение жизни в произведениях этого великого фламандского художника отличается пиршественным размахом и осязательной убедительностью. Для Ватто, идеалом которого в живописи была верность природе, это было особенно ценно.

К тому же по происхождению он также был фламандцем, так что Рубенс был ему вдвойне близок. К этому мастеру во многом восходят исключительные живописные качества зрелых произведений Ватто, их наполненность возду­хом и светом, безыскусная, ароматная свежесть красок, уме­ние тонко сочетать настроение персонажей с пейзажными мотивами.

А в выборе этих мотивов Ватто часто пользовался впечатлениями от чудесного парка, разбитого при Люксем­бургском дворце.

Как ни приятна для молодого художника была жизнь у Одрана, он решил расстаться с ней, ибо хотел создавать свои собственные картины. Благовидным предлогом для отъезда явилось желание побывать на родине, в Валансьене.

Здесь он написал несколько сцен из бивуачной жизни, изображающих солдат на отдыхе, и, вернувшись вскоре в Париж, принял участие в конкурсе Академии художеств. Наградой победите­лю должна была быть поездка в Рим для дальнейшего совершенствования в искусстве.

Читайте также:  Картина "пан", михаил врубель, 1899

Но, увы, Ватто присудили только вторую премию. В Рим отправился художник, впослед- ' ствии ничем не отличившийся.

Все же путь к независимому положению лежал через Академию. Поэтому Ватто, будучи уже мастером, вызывав­шим восхищение знатоков, в 1712 году причисляется к ней, то есть получает право дальнейшими успехами заслужить почет­ное звание академика, а в 1718 году становится ее полноправ­ным членом.

Живя в Париже, Ватто часто переезжал с квартиры на квартиру, так как любые апартаменты вскоре начинали его тяготить. Все биографы художника единогласно отмечают, что происходило это вследствие редкого непостоянства его нрава и любви к переменам.

Точнее было бы сказать, что причиной переездов было редкое сочетание в характере Ватто предель ной деликатности и независимости.

Любой уклад жизни, быт с его неизбежными принудительными условностями и размерен­ностью нельзя было надолго примирить с той вольной, мечта­тельной поэтической праздностью, в атмосфере которой только и могли рождаться чарующие своей хрупкостью и непринуж­денностью образы мастера.

К тому же, после того как он стал академиком, досужие люди, которым лестно было общаться со знаменитостью, совсем не давали ему покоя, не оставляя времени для любимой работы. Перемена квартиры и сохране­ние в тайне нового адреса помогали хотя бы ненадолго от них отделаться.

Один из парижских адресов Ватто обладает особой важно­стью для истории искусства.

Это дом Пьера Круаза-младшего, известного финансиста и коллекционера, где художник, как некогда в Люксембургском дворце, с упоением предавался изучению произведений старых мастеров, в особенности копированию их рисунков.

На его собственное творчество это оказало самое плодотворное влияние. В области рисунка, например, он достиг таких успехов, что современники отводили ему место первого рисовальщика Франции.

В 1720 году Ватто, верный своей склонности к перемене мест, отправился в Англию, где пробыл около года. Здесь он много работал и произведения его имели большой успех. Однако пребывание в этой стране губительно сказалось на здоровье художника.

Еще до своей поездки сюда он начал страдать чахоткой, а возвратился на родину совсем больным. Теперь он поселился у одного из своих близких друзей, Эдма-Франсуа Жерсена, торговца картинами, и чувствовал себя настолько слабым, что работать мог только по утрам.

Уже через полгода он просил Жерсена подыскать ему новое жилье, но и там оставался недолго: ему казалось, что воздух провин­ции может спасти его от болезни. Друзья помогли Ватто поселиться в Ножане.

Он продолжал слабеть и начал мечтать о поездке в Валансьен, но ему было уже не суждено осуществить это намерение. Он скончался, не дожив до тридцати семи лет.

Вот как описывал Ватто один из его первых биографов и ближайший друг Жан де Жюльен: «Ватто был среднего роста и хрупкого сложения; он отличался живым проницательным умом и возвышенными чувствами, говорил мало, но хорошо, и так же писал. Он почти всегда был задумчив.

Он был горячим поклонником природы и всех живописцев, которые ее воспро­изводили, а усидчивый труд наложил на него отпечаток некоторой меланхоличности.

В обращении его чувствовалась холодность и связанность, что порою стесняло его друзей, а иной раз и его самого, и единственными его недостатками были равнодушие да еще любовь к переменам». К этому литературному портрету другие современники художника добавляют важные штрихи.

Любимым его занятием в часы досуга было чтение, и, не получив систематического образова­ния, он, однако, верно судил о литературе.

Деньги Ватто презирал настолько, что будучи едва ли не самым популярным художником своего времени считал, будто за его картины платят чересчур много и сердито возвращал то, что казалось ему излишним. Мастер не любил работать на заранее задан­ный сюжет.

Часто бывало, что работа, которой он только что был захвачен, начинала вдруг его тяготить, и он оставлял или заканчивал через силу. В таких случаях, чтобы дело шло быстрее, он сильно разбавлял краску маслом, отчего картина по прошествии немногих лет начинала сильно темнеть и портиться. Людей, которых ему случалось портретировать, Ватто любил наряжать в театральные костюмы. К себе он был бесконечно требователен и, случалось, к великому огорчению друзей, уничтожал уже законченные произведения, в которых ему чудились незаметные другим изъяны.

Отрывочные, порой противоречивые свидетельства совре­менников художника становятся весомыми и гармонично дополняющими друг друга, если обратиться к его произведени­ям.

Все они лишены фабулы (не случайно Ватто не давал им названий; те, которые мы знаем ныне, придуманы позднее) и представляют собой сразу и нечто известное, и необыкновен­ное, как знакомый человек, преображенный театральным облачением.

Солдаты на привале («Бивуак», 1709, ГМИИ), бродячий артист, улыбающийся погожему дню посредине пустой улицы какого-то городка («Сурок», 1713, ГЭ), дамы и кавалеры, словно цветник, украшающие собой зелень парка или деревенского ландшафта («Пастухи», 1716, Берлин, Шар- лоттенбург; «Возвращение с Киферы», 1717, Берлин, Шарлот- тенбург)—все эти герои, отрешившиеся от своих будничных дел, преображены отдыхом, не просто бездельем, но вольным времяпрепровождением, когда звучат самые тайные, нежные и поэтические струны души. Ватто стремился запечатлеть эту утонченную музыку в неуловимых поворотах фигур и склоне­ниях голов, в мягком сиянии бесчисленного множества красоч­ных оттенков. Одного неверного шага бывало достаточно, чтобы благородный дух свободы покинул запечатленные ху­дожником образы. Поэтому его муза и была одновременно столь строга и капризна, нетерпима к принуждению и мечта­тельна, избегала обыденности, но и необычайности— все край­нее, статичное, сформировавшееся, серьезное было ей чуждо, несовместимо с ее вольной, возвышенной грацией.

Г. ГРИБКОВ

Картины Ватто

Источник: http://www.artcontext.info/pictures-of-great-artists/55-2010-12-14-08-01-06/1646-vatto.html

Творчество Антуана Ватто в контексте искусства рококо

  • Реферат
  • По дисциплине «История зарубежного искусства»
  • «Творчество Антуана Ватто в контексте искусства Рококо».
  • .
  • Введение. 2

Глава 1. Биография Антуана Ватто.2

Глава 2. Творчество Антуана Ватто.2

2.1. Творчество Антуана Ватто и театр.2

2.2 Творчество Антуана Ватто и декоративное искусство.2

Заключение.2

Список литературы.2

Введение

Стилевое направление рококо господствовал в европейском искусстве в течение первых трех четвертей 18 в.Он представлял собой не столько самостоятельное художественное явление, сколько фазу, определенный этап общеевропейского стиля барокко. Термин «рококо» возник во Франции в конце 18 в.

, в эпоху расцвета классицизма, как презрительная кличка для всего манерного и вычурного искусства 18 в.: изогнутая, капризная линия, напоминающая очертания раковины,— его главный признак.

Искусство рококо — это мир вымысла и интимных переживаний, декоративной театральности, изысканности, изощренной утонченности, в нем нет места героизму и пафосу — они сменяются игрою в любовь, фантазией, прелестными безделушками. Тяжелой и патетической торжественности барокко приходит на смену камерная хрупкая декоративность.

Лозунгом краткого, недолговечного «века» рококо становится «искусство как наслаждение», цель которого — возбуждать легкие, приятные эмоции, развлекать, ласкать глаз причудливым узором линий, изысканными сочетаниями светлых нарядных красок, что особенно выразилось в архитектурном убранстве интерьеров, с новыми требованиями которого сообразовалась и живопись рококо. Самой распространенной формой живописного произведения стало декоративное панно, большей частью овальной, круглой или причудливо-изогнутой формы; в основе композиции и рисунка лежит мягко изгибающаяся линия, которая придает произведению обязательную для этого стиля вычурность и нарядность. В своих колористических исканиях рокайльные мастера шли от Рубенса, Веронезе и венецианцев, но предпочитали не их насыщенные, сочные цвета, но бледные полутона: красный становится розовым, синий — голубым, появляются лимонно-желтые, блекло-голубые, розовые, сиреневые цвета, даже вымышленные — вроде «цвета бедра испуганной нимфы». Одним из основоположников стиля «рококо» был талантливый Антуан Ватто, давший наиболее совершенное воплощение принципам этого стиля. Эмоциональность и меланхолическая мечтательность придают характерам образов Ватто особую утонченность, которой уже не достигают непосредственные последователи мастера, превратившие его мотивы и манеру в изысканную и поверхностную моду.

Глава 1. Биография Антуана Ватто.

Ватто, Жан Антуан (1684–1721), французский живописец и рисовальщик. Родился в Валансьенне в 1684. В 1698–1701 Ватто учился у местного художника Жерена, по настоянию которого копировал произведения Рубенса, Ван Дейка и других фламандских живописцев.

В 1702 Ватто уехал в Париж и вскоре нашел учителя и покровителя в лице Клода Жилло, театрального художника и декоратора, который писал картины со сценами из жизни современного театра. Ватто быстро превзошел в мастерстве своего учителя и ок. 1708 поступил в мастерскую декоратора Клода Одрана.

В 1709 Ватто безуспешно пытался завоевать гран-при Академии художеств, однако его работы привлекли внимание нескольких влиятельных лиц, среди которых были меценат и знаток живописи Жан де Жюльенн, торговец картинами Эдм Франсуа Жерсен, банкир и коллекционер Пьер Кроза, в доме которого художник жил некоторое время, и др.

В 1712 Ватто был представлен к званию академика и в 1717 стал членом Королевской академии живописи и скульптуры. Умер Ватто в Ножан-сюр-Марн 18 июля 1721.

Ватто был одним из самых известных и оригинальных французских художников 18 в., который на основе традиций фламандского и голландского искусства создал новый стиль – рококо.

В зрелые годы Ватто изучал живопись Рубенса, в частности цикл его картин, посвященных Марии Медичи и украшавших стены Люксембургского дворца. Среди рисунков художника сохранилось несколько набросков с этих панно.

В основе любимой темы Ватто – изображения галантных празднеств – лежит картина Рубенса Сады Любви.

Другой столь же важный источник творчества Ватто – рисунки венецианских мастеров из коллекции его друга и покровителя Пьера Кроза. Особенно сильное впечатление произвели на художника работы Тициана и Паоло Веронезе, а также пейзажные рисунки Доменико Кампаньолы.

Работы парижских учителей Ватто, Жилло и Одрана, стали для него образцами утонченного вкуса, проявившегося в создании изысканных арабесок из фигур и растений, отразивших художественные пристрастия – начала 18 в.

В изображении театральных сценок он был последователем Жилло.

В стиле Ватто чувствуются все эти источники, однако в очень оригинальном сплаве. Его ранние работы – сцены в тавернах, изображения бивуаков и военных лагерей, написанные во фламандской традиции, – обладают качествами, предвосхищающими зрелый стиль мастера.

Однако сюжеты, наиболее полно отвечающие вкусу самого Ватто, – это образы персонажей итальянской комедии (Жиль, Лувр; Мецетен, Нью-Йорк, музей Метрополитен) и галантные празднества. Жанр галантных празднеств представляет собой сценки с модно одетыми дамами и изящными кавалерами на фоне природы.

Однако Ватто наполняет их чувством тоски по недостижимому миру мечты. Даже костюмы – изящные вариации на темы современной моды – являются плодом фантазии художника.

Глава 2. Творчество Антуана Ватто.

Творчество Ватто положило начало новому этапу в истории европейской живописи, графики и декоративного искусства. Следуя характерным мотивам жанровой живописи XVII в., Ватто обращался к изображению современной ему жизни («Савояр с сурком»), в которое вносил особую интимность и лирическую взволнованность.

В зрелую пору художник отдает предпочтение театральным сценам и так называемому «галантному жанру», изображая на своих картинах всевозможные праздники, маскарады и увеселения, романтические свидания, изысканную игру в любовь беспечных дам и кавалеров («Праздник любви», «Отдых на охоте», «Радости жизни», «Общество в парке»).

Важную роль в творческом методе Ватто играло поэтическое воображение. Ватто впервые воссоздал в искусстве мир тончайших душевных состояний («Капризница», «Затруднительное предложение»), нередко окрашенных иронией и горечью.

Персонажи картин Ватто — постоянно повторяющиеся типы, но за их галантной игрой кроется бесконечное многообразие оттенков поэтического чувства («Венецианский праздник»). Декоративная изысканность произведений Ватто послужила основой художественного стиля рококо.

Помимо «галантных сцен», Ватто писал пейзажи («Пейзаж с водопадом»), портреты («Жиль», «Мецетен»), мифологические композиции («Суд Париса»), религиозные композиции («Святое семейство»), обнаженную натуру («За туалетом»). Ватто известен также как автор рисунков, в которых он запечатлел самых разных представителей французского общества.

Ватто был признан в художественной среде как тонкий и оригинальный мастер. В академических кругах его авторитет вырос настолько, что в 1712 г. он был принят в члены Академии, а в 1717 г. за большую картину «Паломничество на остров Киферу» получил звание академика.

2.1. Творчество Антуана Ватто и театр.

Одна из прекраснейших работ Антуана Ватто — «Жиль». Есть множество гипотез, касающихся происхождения и назначения данной работы. Многие считают, что это вывеска для театра, афиша к какому-нибудь спектаклю. Но как бы там ни было, перед нами совершенно исключительная картина.

Фигура Жиля (или Пьеро), помещенная в середине холста, практически полностью скрыта под театральным костюмом. В глубине, где-то внизу, изображены лица других четырех персонажей, а также торчащее ухо и невероятно умный глаз очаровательного ослика. Сам Жиль выглядит нелепым, смешным и от этого безумно печальным.

Читайте также:  Обнаженная, пьер огюст ренуар, 1876

Он изображен в позе человека безвольного, слабого, потерянного, руки его опущены, словно плети, глаза — вопрошающие и печальные, немного детский рот, курносый нос придают образу некую растерянность.

Глядя прямо на зрителя, он будто задается вопросом: «Неужели вы вновь покидаете меня?» Почти все герои Антуана Ватто существуют во вневременном пространстве, для них не существует понятия времени, точно так же, как его не существует для актера, способного перевоплощаться и таким образом становиться частью того или иного отрезка времени.

Ватто никогда не имел учеников и стремился работать один. Однако его творчество в сильной степени повлияло на многих мастеров. Шарден, например, заимствовал у Ватто колористические принципы. А Буше, изначально гравировавший работы Ватто для Жюльенна, восприняв многие художественные принципы мастера, опирался на них в своем раннем творчестве.

Ватто ценили не только во Франции; свои почитатели были у художника и в Англии, и в Германии. Но все его творчество было бы забыто, если бы не самые близкие люди художника, его друзья, которые увековечили имя Ватто, написав биографию мастера, издав гравированные сборники, воспроизводящие многие его картины.

И спустя столетия мы можем наслаждаться изысканными полотнами Антуана Ватто, воплотившего в своем искусстве все краски театральной и повседневной жизни человека.

скачать за 50 руб

после оплаты нажмите на кнопку «Вернуться на сайт» — документ будет скачан автоматически Скачанный документ будет содержать только материал уже воспроизведенный на сайте.

Источник: https://mirznanii.com/a/133285/tvorchestvo-antuana-vatto-v-kontekste-iskusstva-rokoko

Искусство Рококо — Жан-Антуан Ватто

24.07.2018

Культура 18 в. получает в наследие от предыдущего столетия особое эстетическое сознание, в котором художественный вкус важнее многих других качеств человека. Ларошфуко так заметил по этому поводу: «Французы более обижаются, когда порицают их вкус, нежели ум».

Высокоразвитый вкус с точки зрения 18 столетия — характеристика высокообразованного и утонченного человека..

Он прежде всего предполагал умение отличить прекрасное в природе и искусстве, знание того, по каким законам возможно искусственное воссоздание природы, но и умение глубоко наслаждаться художественным произведением.

Искусство должно быть похоже на природу, и наоборот. Вкус — это соединение данных противоположностей: в произведении искусства возникает иллюзия жизненности, но человек со вкусом это понимает, кроме того, он знает, как это сделано, и получает как бы двойное наслаждение: с одной стороны, от естественного, с другой — от искусственного.

Там, где есть вкус, — там наблюдается сопряжение этих двух вещей. Знание и наслаждение — противоречивые стремления — стали для культуры рококо основополагающими факторами. Художник и зритель понимают и идут навстречу друг другу.

Если для барочных эффектов необходима вся гамма эмоциональных состояний — от радости до трагедии, то для наслаждающегося рококо — лишь изысканно тонких, изящных. Для художественного языка рококо слово «изящный» — ключевое.

Оно характеризует «красоту очертаний предметов, их соразмерность, отточенность формы, изысканность, элегантность внешнего вида, грациозность движений». О величественном, прекрасно-возвышенном, как это было в искусстве барокко, уже не идет речи.

Даже в самой манере выдающихся мастеров рококо заметна виртуозная легкость и тонкость исполнения, точно найденная мера между изысканностью и простотой, формой и масштабом образа. Не случайно именно в эпоху рококо утверждает себя балетный театр с его вниманием к милым миниатюрным движениям и явлениям, какими могли быть природные, тонкие и изысканные орхидеи, бабочки, аквариумные рыбки, тонкоствольные деревья, восточная экзотика.

Современники называли рококо «стилем Людовика XV», отмечая тем самым эпоху его возникновения. Время правления Людовика XV во Франции —   1715—1774 годы.

Слово «рококо» произошло от французского «рокайль», т. е. искусственный грот, раковина; хрупкая, тонко расчлененная асимметричная природная форма. Французский резчик и ювелир Жан Мондон-младший в 1736 г.

в «Первой книге форм рокайль и картейль», которая дала гравюрные образцы этого стиля, употребляет слово «рокайль». Но термин стал названием стиля только во 2-й пол. 19 в.

, когда швейцарский историк культуры Яков Буркхард связал его с категорией изящного и распространил на ряд явлений искусства.

Выдающимся мастером рококо во Франции был Жан-Антуан Ватто (1684—1721). Художник прошел довольно тяжелую жизненную школу и умер молодым в Ножан-на-Марне от туберкулеза легких, мучившего его с ранних лет. Сын кровельщика из местечка Валансьен на границе Фландрии и Франции, в 1702 г. он приезжает в Париж. Начинает свою карьеру со службы в гравюрной лавке, с 1704 г.

берет уроки у театрального художника Жилло, а затем у монументалис­та Одрана (1708 г.). Чрезвычайно тонкий, музыкально чувствующий мир художник обладает обостренной реакцией на окружающую его среду.

Сначала со своими учителями, а затем самостоятельно он работает над декорировкой интерьеров домов французской знати (отели Пульпри, Шовлен, Косее), «китайскими мотивами» (шину-азери), что было новым в то время, украшает деревянные панели королевского кабинета в замке Ла-Мюэт (1708—1710). В 1712 г. расписывает столовую банкира и коллекционера Кроза.

Этот же год для Ватто был ознаменован принятием в Королевскую академию живописи. В 1717 г. он получает звание академика «галантных празднеств» — титул, специально придуманный для него. Он признается как мастер особого жанра пасторали, в котором «театральные ассоциации сочетаются с впечатлением от живой природы, теплого воздуха, серебристого света».

Пейзажный фон, фигуры, очень близкие итальянской комедии масок, изящные и грациозные, тонкий колорит, насыщенный светом, — вот признаки художественной манеры Ватто. Картины мастера не датированы. «Праздник любви» изображает парк со статуей Афродиты и группами любезных дам и кавалеров.

Элегическое настроение звучит хрупкой мелодией нежных трепетных созвучий зеленых и голубых, розовых и жемчужно-серых, лиловых и красных тонов — сложенные мелкими мазками, они «вибрируют» на поверхности картины. Наслаждение, создаваемое «звучащей под сурдинку» музыкой форм, красок, не поддается описанию. Позднее, может быть, именно это Делакруа определит как «область неопределенных и меланхолических чувствований».

Иронически печальны, полны неприметного очарования портретные образы: «Савояр», «Мецетен», «Финетт».

Одна из лучших работ Ватто — «Отплытие на остров Киферу». Она принесла ему звание академика. Образ произведения чрезвычайно музыкален.

Кажется, в композиции картины исполняется какой-то медленный танец, в ритме которого дамы и кавалеры движутся по склону холма к ладье, которая должна доставить их на Киферу — остров любви, где, по преданию, родилась Афродита.

Движение асимметрично, от правого края картины с фигурой богини и высокими деревьями парка в центр композиции. Действие растоплено в золотистом мареве; мягкий, рассеянный свет струится сквозь кроны деревьев. Деревья, природа наделены такой же степенью одушевленности, трепетности, как и фигуры людей.

Особое очеловечивание природы скажется в действительной любви культуры рококо к паркам и садам. Но грусть и ирония Ватто, понимающего несбыточность, иллюзию единства природы и искусства (культуры), присутствуют в настроении его картин («Общество в парке», «Затруднительное предложение »).

Великий философ 18 в. Дидро назвал это явление «парадоксом актера». Тезис «Мир — театр, и люди в нем — актеры» для 18 в. приобретает иной смысл.

Театр — это идеальный образец (искусство тоже) для подражания, в актере нет своего собственного содержания — он каждый раз перевоплощается в самые разные индивидуальности, он должен быть абсолютно пустым, чтобы быть чем-то наполненным; с другой стороны, рядом с искусством — театром есть стихия жизни, которая вливается в эту искусственную систему. Руссо считал, что подлинно великие произведения рождаются при столкновении стихии жизни и театра — искусства.

Произведения Ватто представляют как раз это столкновение. В творчестве художника «театральная тема» заявлена довольно громко.

Как рассказывают биографы (а после смерти мастера о нем вышли сразу две книги почитателей, покро- вителей и друзей: Жана де Жюльена — директора красильной мануфактуры и Франсуа Жерсена — торговца картинами), художник досадовал на себя, был недоволен сделанным, метался от сюжета к сюжету. Это очень хорошо напоминает рассказы Руссо о себе в его знаменитой «Исповеди».

«Итальянские комедианты», «Жиль» определяются исследователями как написанные Ватто после 1717 г. «Жиль» изображает актера в белой одежде на фоне деревьев и неба. На втором плане — группа актеров, которые тянут за веревку осла. Фигура Жиля обращена прямо к зрителям — удивительная игра чувств на лице этого человека, лицедея, тонко чувствующего театральный зал и жизненную стихию.

Колорит картины более холодный, голубоватый в отличие от золотистого в «Отплытии на остров Киферу». Миниатюрная живопись удивляет совершенством технического исполнения. «Изумительной» назвал технику Ватто Делакруа, считая, что в ней «соединились Франция и Венеция».

Последнюю картину — вывеску для антикварной лавки своего биографа и друга Жерсена — Ватто, обычно недовольный собой, очень ценил.

Произведение представляет интерьер художественной лавки: кто-то рассматривает картины, слуги укладывают в ящик купленные вещи, небольшая группа людей беседует.

Акценты в картине расставлены равномерно, в ней можно увидеть еще один вариант «галантной сцены», а можно обратить внимание на милую естественность группы, занятой разглядыванием собачки и дружеской беседой.

Тут вспоминается случай, рассказанный о современнике Ватто — художнике Шардене. Ему надоела болтовня человека, который хвастался своим умением хорошо писать картины. «Но кто вам сказал, что пишут красками?» — спросил Шарден у бахвала. «А чем же?» — возразил удивленный собеседник. «Пользуются красками, но пишут чувствами», — ответил маэстро.

  • Савояр с сурком (1715)
  • Диана у ручья (1716)
  • Юпитер и Антиопа

Антиопа — царица амазонок. Она дочь фиванского царя Никтея, родила от Юпитера близнецов — Зета и Амфиона. Царь Никтей разгневался от поступка Антиопы и она бежала от отцовского гнева в Сикион, где вышла замуж за царя Эпопея. На картине художник изобразил сцену любовного свидания Антиопы с Юпитером. Она устала от любви, но Юпитер будит ее.

  1. Праздник любви (1717)
  2. Перед нами флиртующие пары, среди них особенно хороша пара на первом плане — юная дама как бы нехотя слушает своего поклонника, она видна в профиль, и этот тонкий профиль, этот своенравный поворот изящной белокурой головы, этот взгляд искоса из-под опущенных ресниц полны живой прелести.
  3. Любовная гамма (1717)
  4. Итальянская комедия
  5. Общество на открытом воздухе (1716)
  6. Пасторальные танцы (1720)
  7. Галантные празднества (1717)
  8. Любительница приключений (1717)
  9. Ухажер в глуши (1710)
  10. Общество в парке (1716)
  11. Жиль в костюме Пьеро (1719)

Щемящий меланхолический мотив звучит в картине «Жиль». Это один из персонажей итальянской комедии в своем традиционном белом костюме, в круглой шляпе и с круглой пелериной — возвышается во весь рост на фоне неба, в то время как где-то внизу другие коменданты располагаются на отдых.

Фигура Жиля, странно бездействующая, с повисшими руками и остановившимся взглядом, как бы не имеет никакого отношения ни к ним, ни вообще к чему бы то ни было на свете, он один. Не видно, что он от этого страдает. Он просто один и все.

В этом ощущении, в этой застылости затаена бесконечно грустная мысль об одиночестве человека, запертого в самого себя, как в клетку.

  • Затруднительное предложение
  • Серенада
  • Квартет (1719)
  • Сцена французской комедии (1720)
  • Церера (Лето) 1715
  • Танец (1718)
  • Паломничество на Киферу (1719)

Одно из самых больших своих произведений. Кавалеры и дамы отправляются на остров любви; как будто на наших глазах любовь зарождается, движения полны неуверенности, взгляды — сомнений, затем затем любовное чувство растет.

Эта тончайшая палитра чувств прежде всего создана самим цветом: колеблющимся, мерцающим, переливающимся один в другой, гаммой золотистых оттенков, сквозь которые проступает основной серебристо-голубоватый тон, что в целом напоминает колорит венецианцев; светом, разбивающимся на блики. Но все это не любовь, а игра в любовь, театр.

  1. Радости бала (1719)
  2. Радости любви

Чудесен лихой гитарист в белом наряде и голубых чулках: как он старается пленить своей игрой недоверчивую красавицу, одетую в золотистый шелк! А тут же, в стороне от веселого общества, отвернувшись от него, некто одинокий и меланхоличный скучающим взором смотрит на мраморную наготу статуи. Ему не хватало дамы?..Нет, это что-то другое, глубже. Как умеет Ватто выразить в своих будто фарфоровых фигурках живые чувства и эту внезапно среди хрупкого веселья охватывающую душевную усталость и печаль.

  • Одевание (1717)
  • Застенчивый любовник (1718)
  • Лавка Жерсена (1718)

Источник: https://8-poster.ru/onenews/1563

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector