Море. коктебель, айвазовский, 1853

Иван Айвазовский (Ованес Айвазян, Иван Гайвазовский, Aivazovsky, Ivan. 1817-1900), –  русский живописец, мастер морского пейзажа (маринист). Популярнейшие картины Айвазовского — “Радуга” (1873 г.), “Чёрное море” (1881 г.), “Волна” (1889 г.

), “Девятый вал” (1850 г.). В картине “Девятый вал” талант мастера впервые получил наиболее полное воплощение. Картина написана в тёплых тонах, и поэтому появляется иллюзорная надежда на спасение людей. Несмотря на трагичность сюжета, художник любуется красотой моря.

Благодаря мастерству Айвазовского, краскам и передаче света, море выглядит естественным и лучезарным. Своеобразие творчества Айвазовского — в романтическом изображении необъятного величия и буйной мощи морской стихии, огненных закатов, играющего на волнах лунного света, отваги борющихся с морем людей.

Очевидец военных манёвров Черноморского флота, Айвазовский посвятил многие картины подвигам русских моряков («Чесменский бой«, «Наварринский бой«, обе — 1848 г.). Повышенная яркость цветовой гаммы постепенно сменяется в картинах Айвазовского стремлением к тональному единству.

В лучших поздних работах, сдержанных по цвету, Иван Айвазовский пользуется тонкими градациями светотени для более точной и естественной передачи морской шири, движения воды и света. Иван Айвазовский писал в основном морские пейзажи; создал серии портретов крымских побережных городов. Его карьера была очень успешной.

В Феодосии на заработанные деньги Айвазовский открыл школу искусств, ставшую впоследствии одним из художественных центров Новороссии, и галерею (1880 г.). Айвазовский создал около 6 тыс. картин, много рисунков и акварелей.

  • Девятый вал 1850.
  • Море. Коктебель, Айвазовский, 1853
  • Черное море 1881.
  • Море. Коктебель, Айвазовский, 1853
  • Чесменский бой в ночь с 25 на 26 июня 1770 года 1848.
  • Море. Коктебель, Айвазовский, 1853
  • Радуга 1873.
  • Море. Коктебель, Айвазовский, 1853
  • Наполи
  • Море. Коктебель, Айвазовский, 1853
  • Баржи у морского берега.
  • Море. Коктебель, Айвазовский, 1853

Башня. Кораблекрушение 1847.

Море. Коктебель, Айвазовский, 1853

Берег моря ночью. У маяка. 1837.

  1. Море. Коктебель, Айвазовский, 1853
  2. Бой в Хиосском проливе 24 июня 1770 года 1848.
  3. Море. Коктебель, Айвазовский, 1853
  4. Бой парохода Веста с турецким броненосцем Фехти-Буленд в Чёрном море 11 июля 1877 года 1877.
  5. Море. Коктебель, Айвазовский, 1853
  6. Бриг «Меркурий», атакованный двумя турецкими кораблями 1892.
  7. Бурное море ночью 1853.
  8. Буря на море 1850.

Буря у мыса Айя. 1875.

Бухта Золотой Рог. Турция 1845.

Вдоль крымского берега. 1872.

Венецианская лагуна. Вид на остров Сан-Джорджо 1844.

  • Венеция 1844.
  • Вид на венецианскую лагуну 1841
  • Вид на скалистый берег со стороны моря 1845.
  • Всемирный потоп 1864.
  • Гондольер на море ночью 1843.

Десант Н.Н.Раевского у Субаши 1839

Золотой рог. Босфор. 1872.

Константинополь. Вид на бухту Золотой Рог с автопортретом рисующего художника. 1880.

  1. Кораблекрушение 1843.
  2. Кораблекрушение у Афонской горы 1856.

Лазоревый грот. Неаполь 1841.

Лунная ночь в Константинополе. 1862.

Лунная ночь на Босфоре. 1894.

  • Лунная ночь на Капри 1841.

Море. Коктебель. 1853.

  1. Морское сражение при Выборге 29 июня 1790 года 1846.
  2. Морское сражение при Наварине 2 октября 1827 года 1846.
  3. Морской вид с часовней на берегу 1845.
  4. Морской пролив с маяком 1841.
  5. Неаполитанский залив в лунную ночь 1842.

Неаполитанский залив в лунную ночь. Везувий 1840.

  • Петр I при Красной горке, зажигающий костер для сигнала гибнущим судам своим 1846.

Побережье в Амальфи. 1841.

Посещение Байроном мхитаристов на острове Св. Лазаря в Венеции. 1899.

  1. Пристань в Феодосии 1840.
  2. Сигнал бури 1851.

Синопский бой. Ночь после боя 1853.

Хаос. Сотворение мира 1841.

www.artcontext.info/pictures-of-great-artists/55-2010-12-14-08-01-06/612-ivan-ayvazovskiy.html  

Источник: https://uchportfolio.ru/blogs/read/?id=1839

Айвазовский. Холст, море — Православный журнал "Фома"

Текст доступен в формате электронной книги. Скачать здесь

29 июля – 200 лет со дня рождения Ивана Айвазовского. Мы постарались разобраться в том, как смотрели на его творчество современники и почему оно и сегодня так сильно поражает нас.

Большинство зрителей привычно воспринимают Ивана Айвазовского как основоположника маринизма в России, автора «Девятого вала».

Чуть более просвещенные любители искусства знают, что Айвазовский принадлежал к салонно-академическому кругу живописцев XIX века, искусство которых отличалось некой декоративностью и легковесностью.

Но есть другой Айвазовский, оставивший нам картину «Черное море», о которой художник Иван Крамской написал с неподдельным восхищением: «Это одна из самых грандиозных картин, какие я только знаю».

Море. Коктебель, Айвазовский, 1853

Автопортрет. 1874

Есть все основания назвать Айвазовского человеком почти беспечальной судьбы: хваленный и перехваленный российской и европейской публикой, среди его заказчиков и покупателей — царский двор и его окружение, неаполитанский король и султан Османской империи Абдул-Азиз.

Папа Григорий XVI приобрел для Ватикана картину Айвазовского «Хаос», при том что в музее Ватикана хранятся только признанные мировые шедевры.

Айвазовскому присвоили почетное звание «Живописец Главного морского штаба», и он в качестве художника-хроникера принимал участие в ряде военно-морских походов, оставив нам живописную летопись главных сражений и побед российского флота как исторических, так и своего времени.

Он был близок с крупными российскими флотоводцами —  адмиралами Лазаревым, Нахимовым, Корниловым, принимал участие не только в мирных морских экспедициях, но был и участником военных маневров у берегов Кавказа.

«Все мое вооружение тогда состояло из пистолета и портфеля с бумагою и рисовальными принадлежностями», — вспоминал позже Айвазовский.

Во время Крымской войны (1853–1856) в осажденном Севастополе Айвазовский делает эскизы и наброски севастопольской крепости и по собственной инициативе устраивает в городе выставку своих работ, прославляющих недавние яркие победы российского флота, чтобы поддержать боевой дух моряков; известно, что народ приходил на эту выставку по несколько раз.

Показательно отношение к Айвазовскому самих моряков: в день празднования десятилетия творчества художника в Феодосии приветствовать «живописца Главного морского штаба» пришли несколько военных кораблей во главе с флагманским кораблем российского флота «Двенадцать апостолов» под командованием самого Корнилова. Корабли салютовали художнику.

«Я как пчела»

С 1847 года Иван Константинович Айвазовский — профессор Петербургской академии художеств и член многих европейских академий, в том числе Римской и Амстердамской. Такой международный, интернациональный успех его творчества видится не случайным.

Иван Айвазовский (настоящее имя — Ованес Айвазян), происходивший из семьи разорившегося армянского купца, вырос в культурном разноцветье, во многоязычной Феодосии, где жили армяне, татары, русские, турки, греки.

Он впитал эти самые разные оттенки народных традиций, и позже в его работах засветятся краски «восточной сказки» о море и зазвучит эхо древнегреческой эпической героики. Уже став признанным мастером и много путешествуя по Европе, наслаждаясь и изучая ее культуру, он признался: «Я, как пчела, собираю мед из цветника».

Этот «разноцветный мед» органично переплавился в нем, из него выросла его художественная личность. Может быть, поэтому на голос Айвазовского в искусстве в равной степени откликались и «национальное достояние» Англии, художник-маринист Уильям Тёрнер, который посвятил марине (Марина — от marin (фр.) — морской.

Произведение живописи, изображающее морской вид, морское сражение или иные события, происходящиена море. — Ред.) Айвазовского восхищенные стихи, и турецкие султаны, и папа Римский, наградивший художника золотой медалью за картину «Хаос», на что шуткой отозвался Гоголь: «Пришел ты, меленький человек с берегов Невы в Рим и сразу поднял Хаос в Ватикане».

В судьбе Ивана Константиновича значительную роль сыграли вполне конкретные человеческие связи и покровители. С каким счастливым постоянством его талант пестуют, продвигают, развивают, казалось бы, совсем случайные люди.

Сначала градоначальник Феодосии Александр Иванович Казначеев, отметив раннее дарование нищего провинциального мальчика, определяет его в Симферопольскую гимназию и оставляет жить в своем доме, затем о зачислении Айвазовского в Петербургскую академию на казенный счет хлопочет уважаемая губернская дама Наталья Федоровна Нарышкина.

В Академии его «подхватывает» профессор живописи Максим Воробьев, в чей класс попадает студент Айвазовский. Воробьев вводит его в круг своих друзей: Жуковского, Крылова, писателя и драматурга Николая Гнедича. Эту эстафету можно прослеживать и далее.

Возможно, эта легкокрылая щедрость судьбы позволила таланту Айвазовского расцвести так вдохновенно, в полную силу. В его живописном мире нет никаких надрывных трагических интонаций, а лишь счастливая благодарность миру, которая так ощутима в его поэтических маринах.

«Трескотня, вопли, вой…»

Творческая плодовитость Айвазовского была колоссальной, какой-то неиссякаемый «рог изобилия», что часто порождало упреки со стороны критиков в некой поверхностности его творчества. Айвазовский оставил нам около 6000 картин, для сравнения: Левитан написал около тысячи, Нестеров — несколько сотен.

Житейское довольство, имение в Феодосии, по словам Чехова, «роскошное, несколько сказочное; такие имения, вероятно, можно видеть в Персии», и роль «отца города», благотворителя, мецената, который проводит в Феодосии водопровод и строит археологический музей и картинную галерею, хлопочет о строительстве железной дороги и устраивает в городе пышные празднества, где гостей угощают супом «Черное море», пуншем «Везувий», ликером «Потоп» и десертом «Штиль» — все это названия картин Айвазовского.

Сама атмосфера этих театральных обедов, сказочного имения легко согласуется с возвышенно-романтической атмосферой творчества самого Ивана Константиновича.

Романтизм ( Романтизм — идейное и художественное направление конца XViii — первой половины XiX века. — Ред.), с одной стороны, разукрашивал действительность, превращая ее в сказку, в грезу, где цветет идеальная жизнь, полная красоты и гармонии.

«Вид Константинополя при лунном освещении» (1846) и «Море.

Коктебель» (1853) Айвазовского, его лунные дорожки на глади ночного моря и «уснувшие» воды венецианской лагуны — перед нами сказка о море с ароматом таинственности, уводящая нас в прекрасные дальние дали.

Море. Коктебель, Айвазовский, 1853

Закат над Великой Лаврой. Святой Афон. 1846

С другой стороны, это искусство культивировало пафос свободы, индивидуального протеста, героики, личности-титана или экзотический образ — словом, все, что бесконечно далеко от прозаичности, мелочности и банальности ежедневного существования.

И здесь романтическая маринистика Айвазовского щедро одарила нас бурями и кораблекрушениями во всех частях света: «Буря на Ледовитом океане» (1864) «Буря на Северном море» (1865), «Петр I при Красной горке, зажигающий костер для сигнала гибнущим судам» (1846).

Эту тягу художника к внешним, «картинным» эффектам иронично прокомментировал Достоевский, сравнивая Айвазовского с Дюма-отцом: «Г-н Дюма пишет с необычайной легкостью и быстротой, господин Айвазовский тоже.

И тот и другой поражают чрезвычайной эффектностью, потому что обыкновенных вещей они вовсе не пишут, презирают вещи обыкновенные… у того и у другого произведения имеют сказочный характер: бенгальские огни, трескотня, вопли, вой ветра, молнии…»

Однако за салонным искусством, частью которого было творчество Айвазовского, стоит особый тип сознания и мировоззрения, не коснувшись его, трудно выбрать верный критерий для оценки творчества салонных художников.

Море внутри

Можно согласиться с доктором искусствоведения Еленой Нестеровой, которая обобщила внутренний характер этого искусства: «В праздник заменил собой подвиг, фантастический вымысел — историческое предание. Ориентированное на идеальное, но, утратив возвышенное, оно предпочитало физическую красоту — духовной».

Море. Коктебель, Айвазовский, 1853

Буря ночью. 1864

Сходную критическую ноту берет русский художественный критик, поэт и издатель Сергей Маковский, высказываясь конкретно о творчестве Айвазовского: «Айвазовский — маринист весьма одаренный, но нарядно пустой», подчеркивая отсутствие дальнейшего искания, утончения, углубления в темах и смыслах его творчества.

Эта идея, звучащая в некоторых рассуждениях о работах художника, во многом и сегодня определяет восприятие Айвазовского.

Однако, оставляя за границами своих интересов трагизм и глубину бытия, воплощая жизнь в ярком и даже преувеличенном блеске, акцентируя ее внешнюю красивость, салонное искусство обнажает некое глубинное томление человека по красоте, тяготение к миру идеала, оно смягчает ощущение тоски и нужду человека в гармонии. В нем есть что-то утешительное, в некоторой степени можно назвать его анестезией от будничной, а порой и трагичной реальности. И может быть, поэтому при всех рассуждениях о легковесности творчества Айвазовского возникает в своем роде парадоксальная ситуация: на выставках люди замирают перед его работами.

Читайте также:  Спальня в арле, винсент ван гог - описание картины

А еще и потому, что о его мастерстве ходили легенды.

Известно, к примеру, что он виртуозно владел приемом лессировки, когда краски не смешивают на палитре, а каждую краску наносят отдельным слоем — тонким и прозрачным, и в результате достигают особой легкости или звучности тона, известно также, что он использовал специальные двухслойные плотные грунты, которые и давали ощущение гладкой лаковой поверхности. Но что дают нам эти знания, когда мы смотрим на картину «Среди волн» (1898), которую Айвазовский написал в возрасте 82 лет! Нет и не может быть никаких точных, «аптекарских » рецептов для проникновения в сущность его мастерства.

Взбитая пена волн, написанная непрерывным мазком, который никто не мог повторить, стихия, ее дыхание, страстное и живое, ее изначальная, данная Творцом сила. Сам художник, а вместе с ним и зритель, словно насыщается этой пленяющей мощью природы. Эта работа последнего периода творчества Айвазовского, и здесь нет ни капельки декоративной нарядности — зрелая вещь безукоризненного мастера.

Айвазовский всегда писал «из головы», позже даже без эскизов, реальность была лишь начальным импульсом для работы, его марины сродни музыкальной импровизации.

Любопытно, что мастерская в его феодосийском доме окнами выходила на противоположную от моря сторону: «непременное условие моей мастерской — гладкие стены, не обвешанные ни картинами, ни эскизами.

Удаление от местности, изображаемой на моей картине, заставляет лишь явственнее и живее выступать все ее подробности в моем воображении». Может быть, этим пренебрежением натурой и объясняется необыкновенная быстрота его работы.

Мистика или фантастика?

Даже когда Айвазовский брался за библейские темы, он оставался маринистом, выбирая те сюжеты, где морская стихия играет не последнее значение: «Всемирный потоп», «Сотворение мира», «Христос на Генисаретском озере», «Хождение по водам».

Трудно объяснить, почему Айвазовский вдруг обратился к библейским сюжетам, заинтересовался метафизическими вопросами. По его маринам трудно отследить вектор его духовных движений, почувствовать противоречия внутри самого человека, личный душевный опыт автора.

В письмах, записях, он также не выходит, так сказать, на «диалог с вечностью». Но, как бы то ни было, к евангельскому сюжету «Хождение по водам» он обращался с верным постоянством и в разные годы сделал шесть вариантов картины.

Последний завершен в 1897 году, за два года до смерти художника.

Море. Коктебель, Айвазовский, 1853

Хождение по водам. 1888

Перед нами момент, когда лодка с учениками Христа попала в шторм на море: А лодка была уже на середине моря, и ее било волнами, потому что ветер был противный. В четвертую же стражу ночи пошел к ним Иисус, идя по морю. И ученики, увидев Его идущего по морю, встревожились и говорили: это призрак; и от страха вскричали.

Но Иисус тотчас заговорил с ними и сказал: ободритесь; это Я, не бойтесь. Петр сказал ему в ответ: Господи! Если это Ты, повели мне прийти к Тебе по воде. Он же сказал: иди. И, выйдя из лодки, Петр пошел по воде, чтобы подойти к Иисусу, но, видя сильный ветер, испугался и, начав утопать, закричал: Господи! Спаси меня.

Иисус тотчас простер руку, поддержал его и говорит ему: маловерный! Зачем ты усомнился? И, когда вошли они в лодку, ветер утих (Мф 14: 24–32).

В вечных образах христианской культуры Айвазовский пытается осмыслить тему героического доверия Богу со стороны человека при любых бурях житейских — внешних и внутренних. Здесь очевидна символика моря как моря житейского.

Но в художественной трактовке сюжета Айвазовский остается прежде всего романтиком, с неизбежным для романтизма соскальзыванием в патетику: светящаяся холодным лунным светом фигура Христа, что и впрямь делает Его похожим на призрак, мерцающий свет на воде, серо-синеватый, «ночной» тон задают не мистический, а скорее фантастический строй в картине. Внешние эффекты главенствуют над духовной значимостью. Мистические намерения художника не оправдались.

«Черное море»

А вот в марине «Черное море» Айвазовскому неожиданно удается подняться до уровня не сентиментального, а истинного религиозного пафоса. Тема морской стихии здесь обобщена, поднята на уровень «космического», библейского масштаба, хотя вроде бы прямые отсылки к Писанию на полотне и отсутствуют.

Думается, что такой прорыв в «Черном море» действительно произошел неожиданно, ничто за рамками этой работы не предполагает сознательных глубинных мировоззренческих поисков со стороны автора. Он по-прежнему остается «певцом моря», но это тот самый случай, когда Богом данное вдохновение превосходит сознательные намерения автора.

Картина написана в 1881 году, в эпоху, когда романтическое настроение в искусстве заметно шло на убыль. Живопись Айвазовского становится более реалистичной, на смену пестроцветью приходит сдержанная цветовая палитра.

Полотно разделено на две равные части: две стихии — небесная и морская в своей первозданной сущности. Несмотря на изображение волнующегося моря, есть в этой работе какое-то внутреннее спокойствие, самодостаточность.

Здесь все просто и мудро: величие творения, и контрастом с этой безграничной, первичной мощью на линии горизонта видна крохотная, едва различимая точка корабля — единственный след человеческого присутствия на картине. Зритель, подобно этому крошечному кораблю, теряет себя в безграничном пространстве.

Перед нами, как в первые дни творения, открывается нерукотворный мир Божий, и как-то непосредственно, без нажима приходит чувство смирения перед величием Творца.

Именно об этой картине Крамской отозвался как об одной из «самых грандиозных» в живописи.

Художника всегда оценивают по его вершинам. глядя на «Черное море» Айвазовского, не будет преувеличенной похвалой согласиться с Крамским: «Айвазовский, кто бы и что ни говорил, есть звезда первой величины… и не только у нас, а в истории искусства вообще».

  • Благодарим издательство «Белый город» за предоставленные репродукции.
  • На заставке картина Айвазовского Черное море. 1881
  • Данный текст доступен в формате электронной книги. Скачать здесь

Источник: https://foma.ru/ayvazovskiy-holst-more.html

Иван Айвазовский. Море. Коктебель. Описание картины. | Русские художники. Russian Artists

Танаис Галерея

Море. Коктебель, Айвазовский, 1853


Иван Айвазовский. Море. Коктебель.

1853. Холст, масло.


  • Картинная Галерея Айвазовского, Феодосия, Украина.

Айвазовский — виртуоз кисти, постигший все тонкости изображения марин и достигший вершин славы. Его шедевры украшают лучшие собрания мира и являются гордостью нашей отечественной школы живописи.

Художник, создавший этот поток шедевров, обязан не только своему таланту и трудолюбию. Прежде всего создание мира его образов определено родиной — Феодосией, где с детства он привык видеть и научился любить море.

В Феодосии он провел лучшие годы своей жизни.

«Перед ним родное Черное море. В тишину весеннего полдня врывается рокот прибоя. Вспененное, яростное море гонит седые валы, и они с ревом вздымаются и рассыпаются у прибрежных камней.

Только крик чаек, грохот и стоны суровой стихии вспугивают разомлевшую от майского зноя тишину… Художник как зачарованный глядит на ярчайшую гамму красок, рожденную весной, морем и солнцем.

Он весь, весь до конца отдается этой вечной музыке, повторяющейся из года в год миллионы лет» (из рассказа И.B. Долгополова).

Айвазовский посещает Ялту, Гурзуф и другие места родного Крыма. В 1853 году он пишет одну из выразительных и совершенных картин Море. Коктебель. Она создана в тех же лучших романтических традициях, что и картина Девятый вал. Действие происходит в Коктебельской бухте (Гурзуф).

Справа, вдали уступами возвышается овеянный легендами Кара-Даг, большую часть холста занимает высокое небо и взволнованное море. Картина залита яркими лучами заходящего солнца. Небо кажется легким, воздух прозрачным и влажным.

Волны, чередой набегающие на берег, виртуозно прописаны лессировками. Романтический строй произведения усиливают борющийся с волнами корабль, трепещущий на ветру красный вымпел и серп зарождающегося на небе месяца.

В этой картине художник достиг подлинного мастерства и большой артистичности в манере исполнения.


Т. С. Трубнякова, директор Феодосийской картинной галереи им. И. К. Айвазовского.

Максимилиан Волошин. Коктебель 6 июня 1918.
Как в раковине малой — Океана
Великое дыхание гудит,
Как плоть ее мерцает и горит
Отливами и серебром тумана,
А выгибы ее повторены
В движении и завитке волны, —
Так вся душа моя в твоих заливах,
О, Киммерии темная страна,
Заключена и преображена. С тех пор как отроком у молчаливых Торжественно-пустынных берегов Очнулся я — душа моя разъялась, И мысль росла, лепилась и ваялась По складкам гор, по выгибам холмов. Огнь древних недр и дождевая влага Двойным резцом ваяли облик твой, — И сих холмов однообразный строй, И напряженный пафос Карадага, Сосредоточенность и теснота Зубчатых скал, а рядом широта Степных равнин и мреющие дали Стиху — разбег, а мысли — меру дали. Моей мечтой с тех пор напоены Предгорий героические сны И Коктебеля каменная грива;
Его полынь хмельна моей тоской, Мой стих поет в волнах его прилива, И на скале, замкнувшей зыбь залива, Судьбой и ветрами изваян профиль мой.

Источник: http://www.tanais.info/art/aivazovsky15more.html

Море. Коктебель. Описание картины Айвазовского

Иван Айвазовский. Море. Коктебель.
1853. Холст, масло.
Картинная Галерея Айвазовского, Феодосия, Украина.

Айвазовский — виртуоз кисти, постигший все тонкости изображения марин и достигший вершин славы. Его шедевры украшают лучшие собрания мира и являются гордостью нашей отечественной школы живописи.

Художник, создавший этот поток шедевров, обязан не только своему таланту и трудолюбию. Прежде всего создание мира его образов определено родиной — Феодосией, где с детства он привык видеть и научился любить море.

В Феодосии он провел лучшие годы своей жизни.

«Перед ним родное Черное море. В тишину весеннего полдня врывается рокот прибоя. Вспененное, яростное море гонит седые валы, и они с ревом вздымаются и рассыпаются у прибрежных камней.

Только крик чаек, грохот и стоны суровой стихии вспугивают разомлевшую от майского зноя тишину… Художник как зачарованный глядит на ярчайшую гамму красок, рожденную весной, морем и солнцем.

Он весь, весь до конца отдается этой вечной музыке, повторяющейся из года в год миллионы лет» (из рассказа И.B. Долгополова).

Айвазовский посещает Ялту, Гурзуф и другие места родного Крыма. В 1853 году он пишет одну из выразительных и совершенных картин Море. Коктебель. Она создана в тех же лучших романтических традициях, что и картина Девятый вал. Действие происходит в Коктебельской бухте (Гурзуф). 

Справа, вдали уступами возвышается овеянный легендами Кара-Даг, большую часть холста занимает высокое небо и взволнованное море. Картина залита яркими лучами заходящего солнца. Небо кажется легким, воздух прозрачным и влажным.

Волны, чередой набегающие на берег, виртуозно прописаны лессировками. Романтический строй произведения усиливают борющийся с волнами корабль, трепещущий на ветру красный вымпел и серп зарождающегося на небе месяца.

В этой картине художник достиг подлинного мастерства и большой артистичности в манере исполнения.

Коктебель  Максимилиан Волошин. 6 июня 1918.

Как в раковине малой — Океана
Великое дыхание гудит,
Как плоть ее мерцает и горит
Отливами и серебром тумана,
А выгибы ее повторены
В движении и завитке волны, —
Так вся душа моя в твоих заливах,
О, Киммерии темная страна,
Заключена и преображена.

С тех пор как отроком у молчаливых
Торжественно-пустынных берегов
Очнулся я — душа моя разъялась,
И мысль росла, лепилась и ваялась
По складкам гор, по выгибам холмов.

Огнь древних недр и дождевая влага
Двойным резцом ваяли облик твой, —
И сих холмов однообразный строй,
И напряженный пафос Карадага,
Сосредоточенность и теснота
Зубчатых скал, а рядом широта
Степных равнин и мреющие дали
Стиху — разбег, а мысли — меру дали.

Моей мечтой с тех пор напоены
Предгорий героические сны
И Коктебеля каменная грива;
Его полынь хмельна моей тоской,
Мой стих поет в волнах его прилива,
И на скале, замкнувшей зыбь залива,
Судьбой и ветрами изваян профиль мой.

Источник: http://www.tanais.info/art/aivazovsky15more.html 

Источник: http://design-kmv.ru/zhivopis-2/russkaya-zhivopis/more-koktebel-opisanie-kartiny-ajvazovskogo.html

Море. Коктебель. Описание картины Айвазовского. Сочинение по картине И.К. Айвазовского «Море. Коктебельская бухта Айвазовский море коктебельская бухта

Свои лучшие картины художник писал не на заказ, а по вдохновению. Шедевры создавались быстро — в течение одного дня, иногда двух. Эмоции и чувства художника стремились излиться на холст незамедлительно.

Увидев интересный сюжет, Айвазовский делал схематичный набросок будущей картины, указывая основные элементы и источники света. А основная работа проходила уже в мастерской, где по памяти восстанавливались все краски и их оттенки. Точно также появилась на свет в 1853 году картина «Море.

Коктебельская бухта» — одно из лучших произведений великого мариниста.

Именно в Коктебеле поэзия морских волн вдохновила Айвазовского на создание картины с таким сюжетом, потому что в этом месте все пропитано такой близкой его сердцу чувственной природой.

Край голубых холмов (пусть не совсем верный, но самый красивый вариант перевода названия «Коктебель» с крымско-татарского языка) никогда не оставлял художника равнодушным, оставаясь в душе с самого детства и до последних лет жизни.

На картине изображено море, взволнованное и уже уставшее от раздражающих его целый день порывов ветра. С одной стороны оно обрамлено берегом, с другой – огромным, занимающим большую часть картины, небом.

Вдалеке в закатной дымке высятся могучие прибрежные скалы древнего массива Кара-Даг, за которым скрывается заходящее солнце, пытающееся своей позолотой успокоить разгоряченные волны.

Уже появился молодой месяц, а облака спешат вслед закату спрятаться за скалами или поскорее уплыть за горизонт, но лишь бы уже оставить в покое вскипевшее от дневной непогоды море.

Только маленький кораблик, судьбой занесенный почти к самому берегу, продолжает бороться с ветром, упрямо разворачиваясь в открытое море – к свободе. Паруса убраны, но трепещущие на ветру вымпел и серп на мачте и не собираются сдаваться волнам.

А те, все еще взбудораженные, с гневными пенными гребнями переваливаются через палубу, скрывая судно от глаз стоящих на берегу моряков.

Зрителям остается только смотреть на развевающееся красное полотнище на мачте и ждать, когда вновь на волне поднимется ввысь неутомимый в своей жажде жить корабль.

На берегу терпеливо ждет хорошей погоды рыбацкая лодка, уговаривая стальные от бесконечной борьбы волны успокоиться и отдохнуть. Ей тоже хочется гордо поднять свой единственный парус и поплыть по морю, не боясь быть разбитой в гневе о прибрежные скалы.

И море, как бы соглашается с убегающими облаками, заходящим солнцем и месяцем в чистом вечернем небе, разглаживая свою рябь в солнечной дорожке к закату.

Только напоследок оно еще, поругиваясь, отправляет к берегу вспененные волны, говоря свое последнее слово в борьбе стихий за первенство.

Картина «Море. Коктебельская бухта» (холст, масло, размер 82,5 на 118 см) находится в выставочном зале Феодосийской галерее имени Айвазовского.

Иван Айвазовский. Море. Коктебель.
1853. Холст, масло.
Картинная Галерея Айвазовского, Феодосия, Украина.

Айвазовский — виртуоз кисти, постигший все тонкости изображения марин и достигший вершин славы. Его шедевры украшают лучшие собрания мира и являются гордостью нашей отечественной школы живописи.

Художник, создавший этот поток шедевров, обязан не только своему таланту и трудолюбию. Прежде всего создание мира его образов определено родиной — Феодосией, где с детства он привык видеть и научился любить море.

В Феодосии он провел лучшие годы своей жизни.

«Перед ним родное Черное море. В тишину весеннего полдня врывается рокот прибоя. Вспененное, яростное море гонит седые валы, и они с ревом вздымаются и рассыпаются у прибрежных камней.

Только крик чаек, грохот и стоны суровой стихии вспугивают разомлевшую от майского зноя тишину… Художник как зачарованный глядит на ярчайшую гамму красок, рожденную весной, морем и солнцем.

Он весь, весь до конца отдается этой вечной музыке, повторяющейся из года в год миллионы лет» (из рассказа И.B. Долгополова).

Айвазовский посещает Ялту, Гурзуф и другие места родного Крыма. В 1853 году он пишет одну из выразительных и совершенных картин Море. Коктебель. Она создана в тех же лучших романтических традициях, что и картина Девятый вал. Действие происходит в Коктебельской бухте (Гурзуф).

Справа, вдали уступами возвышается овеянный легендами Кара-Даг, большую часть холста занимает высокое небо и взволнованное море. Картина залита яркими лучами заходящего солнца. Небо кажется легким, воздух прозрачным и влажным.

Волны, чередой набегающие на берег, виртуозно прописаны лессировками. Романтический строй произведения усиливают борющийся с волнами корабль, трепещущий на ветру красный вымпел и серп зарождающегося на небе месяца.

В этой картине художник достиг подлинного мастерства и большой артистичности в манере исполнения.

Как в раковине малой — Океана

Великое дыхание гудит,

Как плоть ее мерцает и горит

Отливами и серебром тумана,

А выгибы ее повторены

В движении и завитке волны, —

Так вся душа моя в твоих заливах,

О, Киммерии темная страна,

Заключена и преображена.

С тех пор как отроком у молчаливых

Торжественно-пустынных берегов

Очнулся я — душа моя разъялась,

И мысль росла, лепилась и ваялась

По складкам гор, по выгибам холмов.

Огнь древних недр и дождевая влага

Двойным резцом ваяли облик твой, —

И сих холмов однообразный строй,

И напряженный пафос Карадага,

Сосредоточенность и теснота

Зубчатых скал, а рядом широта

Степных равнин и мреющие дали

Стиху — разбег, а мысли — меру дали.

Моей мечтой с тех пор напоены

Предгорий героические сны

И Коктебеля каменная грива;

Его полынь хмельна моей тоской,

Мой стих поет в волнах его прилива,

И на скале, замкнувшей зыбь залива,

Судьбой и ветрами изваян профиль мой.

Певец моря Айвазовский создал в восемнадцатом веке удивительную по красоте картину — «Море. Коктебельская бухта». Эта картина полностью показывает зрителям неповторимость бушующего, непокорного моря.

На переднем плане картины изображен пляж и небольшая лодка, которая нацелена в морскую пучину. Кажется, что она вот-вот вырвется из объятий берега — и помчится навстречу опасностям.

Большую часть картины занимает бескрайнее, пенящееся море и такое же бескрайнее небо. Они сливаются за горизонтом — и превращаются в большое, сверхмогучее существо.

Это существо заслоняет собою солнце и нависает над кораблем, который одной половиной уже ушел под воду.

Автор не забыл нарисовать и скалы, которые придают всей картине больше грозности и строгости. Они безмолвно наблюдают за происходящим, но предпочитают не вмешиваться.

От их сурового молчания становится жутко и безнадежно, но потом замечаешь легкий отсвет солнца, которое робко выглядывает из-за туч.

В этот момент становится ясно, что все скоро закончится, а море опять станет добрым и приветливым.

Картина Айвазовского «Море. Коктебельская бухта» — это проявление любви к родному краю, которая чувствуется в каждом взмахе кисточки.

Картина «Море. Коктебельская бухта» была написана Иваном Константиновичем Айвазовским в 1817 году. На переднем плане я вижу небольшой пляж, на который набегают пенные волны. На пляже лежит рыбацкая лодка, устремленная носом в сторону волнующегося моря.
Видно, что волны сильно ее потрепали. Парус весь сбился в бесформенный куль. Лодка бортом уткнулась в большой камень.

Создается впечатление, что бурные мутные волны вот-вот подхватят ее и вновь унесут в морские дальние дали, за линию горизонта, которая отчетливо видна на фоне грозовых туч, расцвеченных заходящим солнцем в огненные краски. Создается очень правдоподобное впечатление, будто за линией горизонта бушует огромный пожар.

Тучи на переднем плане выглядят, словно клубы густого дыма.

Все это грозное явление нависает над небольшим корабликом, который, по всей видимости, тонет, захлестываемый волнами. Парусов на его мачте нет. Возможно, их сорвало порывами ветра. И создается ощущение, как будто море утягивает кораблик, словно чудовищное создание.

Не менее грозными, чем небо и море, выглядят на картине скалы, обрывающиеся прямо в морскую пучину и похожие на некое сказочное существо, вышедшее из дремучего леса и окунувшее свою морду в воду.
Глядя на эту картину, меня охватывает ощущение тревожного предчувствия надвигающейся бури, от которой не будет спасения ни на море, ни на берегу.

И только яркий солнечный свет, как луч надежды, пробивается через непогоду. Данная картина отражает любовь художника к природе, к морю, который способен любоваться всеми проявлениями природного могущества.

Сочинение по картине «Море — Коктебельская бухта»

Иван Константинович Айвазовский очень любил изображать морскую стихию и одной из самых красивых и величественных его картин является «Море. Коктебельская бухта». Сама картина написана в желтых, оранжевых, красных тонах, которые делают ее очень теплой и приятной моему глазу. Но когда я присматриваюсь к ней поближе, то понимаю, что за внешней красотой скрыт настоящий трагизм.

На картине изображено неспокойное море и кораблик, который качает по морским волнам. Паруса на корабле спущены, а сам он постепенно заваливается на бок, то полностью исчезая под волной, то снова оказываясь на поверхности моря.

Моя фантазия сразу рисует себе продолжение картины, на которой я вижу слаженную команду корабля, делающую все для того, чтобы выпрямить корабль и суметь приплыть к желанному берегу.

Тем более, что он совсем недалеко, на первый взгляд.

Но стихия не дает кораблю такой возможности и гонит его совершенно в другую сторону, где виднеются скалы. Берег там каменистый, с утесами, поэтому сердца корабельной команды сейчас замирают от ужаса.

Если они не смогут добраться до желанного берега, то их вынесет прямо на скалы, где они разобьются.

И поэтому они прилагают все усилия, чтобы выжить и добраться к спасительному пристанищу, где и волны не такие большие, как на середине моря, и твердая земля под ногами.

Тем более, что на берегу уже есть одна лодка. Правда выглядит она на нем, как инородное тело. Крошечная, с порванным парусом, мне кажется, что ее хозяин выбился из последних сил, чтобы пристать к берегу и оттащить лодку на мель, дабы стихия не смогла увлечь ее в открытое море.

Но ведь главное, что хозяин лодки все-таки спасся! Да и восходящее солнце, освещающее картину, тоже добавляет оптимизму и веры в то, что и корабельная команда сумеет доплыть до берега и обрести спасение. Скачать сочинение по картине И.К. Айвазовского «Море.

Коктебельская бухта»

Картина «Море. Коктебельская бухта» была написана Иваном Константиновичем Айвазовским в 1817 году. На переднем плане я вижу небольшой пляж, на который набегают пенные волны. На пляже лежит рыбацкая лодка, устремленная носом в сторону волнующегося моря.

Видно, что волны сильно ее потрепали. Парус весь сбился в бесформенный куль. Лодка бортом уткнулась в большой камень.

Создается впечатление, что бурные мутные волны вот-вот подхватят ее и вновь унесут в морские дальние дали, за линию горизонта, которая отчетливо видна на фоне грозовых туч, расцвеченных заходящим солнцем в огненные краски. Создается очень правдоподобное впечатление, будто за линией горизонта бушует огромный пожар.

Тучи на переднем плане выглядят, словно клубы густого дыма.

Все это грозное явление нависает над небольшим корабликом, который, по всей видимости, тонет, захлестываемый волнами. Парусов на его мачте нет. Возможно, их сорвало порывами ветра. И создается ощущение, как будто море утягивает кораблик, словно чудовищное создание.

Не менее грозными, чем небо и море, выглядят на картине скалы, обрывающиеся прямо в морскую пучину и похожие на некое сказочное существо, вышедшее из дремучего леса и окунувшее свою морду в воду.

Глядя на эту картину, меня охватывает ощущение тревожного предчувствия надвигающейся бури, от которой не будет спасения ни на море, ни на берегу. И только яркий солнечный свет, как луч надежды, пробивается через непогоду. Данная картина отражает любовь художника к природе, к морю, который способен любоваться всеми проявлениями природного могущества.

Удивительная по своей красоте картина «Море. Коктебельская бухта» была создана в 18 веке Иваном Айвазовским. Она олицетворяет неповторимость непокорного, бушующего моря.

На переднем плане картины художник изобразил пляж и небольшую лодку, нацеленную в морскую пучину. Такое ощущение, что еще чуть-чуть и лодка вырвется из объятий берега и помчится вдаль по волнам навстречу опасностям.

Большую часть картины занимает пенящееся и бескрайнее море, такое же, как и небо.

Волны и небесные просторы сливаются за горизонтом — превращаясь в некое большое и сверхмогучее существо, которое заслоняет собой солнечный свет и нависает над кораблем, который уже окунулся в бушующие волны.

Айвазовский нарисовал и скалы, они придают картине еще большей строгости и грозности. Они как будто безмолвно наблюдают за всем происходящим, но вмешиваться не желают.

От их сурового молчания становится как-то безнадежно и жутко, но потом замечаешь легкий отблеск солнца, робко выглядывающего из-за туч, он будто проблеск надежды на то, что скоро все закончится, море опять станет приветливым и добрым.

Данная картина показывает проявление любви к родному краю, она ощущается в каждом взмахе кисточки автора. Увидев «Коктебельскую бухту» вживую, вы ощутите всю мощь картины и словно почувствуете свежий морской воздух, атмосферу неспокойной морской стихии, которая, несмотря на это, прекрасна.

В пейзажах Ивана Айвазовского, а за свою жизнь он написал их более шести тысяч, море предстает перед нами основой природы во всей своей могучей красе и великолепии. Многие свои картины живописец творил в своей мастерской, чьи окна выходили на сторону, противоположную морю. Айвазовский писал пейзажи не с натуры, а по своей памяти.

Иногда живописец, как его иногда называют певец моря, приглашал к себе в мастерскую заказчиков и прямо на их глазах за час-два писал картину. Такое шоу привлекало все больше клиентов, именно поэтому популярность живописца-виртуоза росла неслыханно, а заказы просто сыпались.

Академически грамотное, добротное качество живописи вызывает всеобщее восхищение среди поклонников пейзажей, особенно в западных странах, где с конца 80-х гг. XX века на творения великого мариниста Айвазовского просто начался бум.

В наше же время картины Ивана Айвазовского являются обязательными экспонатами на всех аукционах, они прекрасно вписываются в общеевропейский ряд, который посвящается ориентальной теме, а также академизму и живописи 19 века.

Источник: https://www.labetik.ru/personality-psychology/more-koktebel-opisanie-kartiny-aivazovskogo-sochinenie-po/

Море. Коктебельская бухта

Интернет-магазин BigArtShop представляет большой каталог картин художника Ивана Айвазовского.  Вы можете выбрать и купить  понравившиеся репродукции картин Ивана Айвазовского на натуральном  холсте.

Иван Костантинович Айвазовский – наиболее выдающийся художник — армянин XIX века Ованнес Айвазян. Предки Айвазовского были из галицийских армян, которые переселились в Галицию из Турецкой Армении в XVIII веке.

Сохранилось также семейное предание о том, что среди его предков были турки: отец художника рассказывал ему, что прадед художника по женской линии был сыном турецкого военачальника и , будучи ребенком, при взятия Азова русскими войсками в 1696 году был спасен от гибели неким армянином, который его крестил и усыновил.

Иван Айвазовский с детства обнаружил художественные и музыкальные способности. Самостоятельно научился играть на скрипке. На художественные способности мальчика первым обратил внимание феодосийский архитектор Яков Кох.

Он дарил ему бумагу, карандаши, краски , учил мастерству, помог поступить ему в феодосийское уездное училище. Затем Айвазовский закончил симферопольскую гимназию и был принят за казенный счет в императорскую Академию художеств Санкт-Петербурга.

Был определен к модному французскому пейзажисту Филиппу Таннеру. Но Таннер запрещал Айвазовскому работать самостоятельно. Несмотря на это, по совету профессора Александра Ивановича Зауервейда он сумел подготовить к выставке Академии художеств несколько картин.

Таннер пожаловался на самовольность Айвазовского императору Николаю I, по распоряжению царя все картины были сняты с выставки, несмотря на восторженные отзывы критиков.

Конфликт удалось нейтрализовать благодаря Зауервейду, в класс которого через полгода и был определен начинающий молодой художник для занятий морской военной живописью.В 1837 году Айвазовский получил Большую золотую медаль за картину «Штиль». Это дало ему право на двухлетнюю поездку в Крым и в Европу.

Там он помимо создания морских пейзажей занимался батальной живописью и даже участвовал в военных действиях на побережье Черкессии. В результате написал картину «Десант отряда в длине Субаши», которую приобрел Николай I.

В конце лета 1839 он вернулся в Петербург , получил аттестат об окончании Академии, свой первый чин и личное дворянство.

В 1840 году отправился в Рим. За свои картины итальянского периода получил Золотую медаль Парижской Академии художеств. В 1842 году отправился в Голландию, оттуда – в Англию, Францию, Португалию, Испанию.

Во время путешествия корабль, на котором плыл художник, попал в бурю и едва не затонул в Бискайском заливе. В парижских газетах даже появилось сообщение о его гибели.

После четырехлетнего путешествия осенью 1844 года Айвазовский вернулся в Россию и стал живописцем Главного морского штаба, а с 1947 года – профессором петербургской Академии художеств, состоял также в европейских академиях Рима, Парижа, Флоренции, Амстердама и Штудгарда.

Иван Константинович Айвазовский писал в основном морские пейзажи. Его карьера была очень успешной. Он был награждён многими орденами и получил звание контр-адмирала. В общей сложности художник написал больше 6 тысяч работ.

С 1845 жил в Феодосии, где на заработанные деньги открыл школу искусств, ставшую впоследствии одним из художественных центров Новороссии, был инициатором строительства железной дороги «Феодосия — Джанкой», построенной в 1892 г.

Активно занимался делами города, его благоустройством. На свои средства построил новое здание для Феодосийского музея древностей, за заслуги перед археологией избран действительным членом Одесского общества истории и древностей.

В 1848 году Иван Константинович женился. Его женой стала Юлия Яковлевна Гревс, англичанка, дочь штабс-доктора, находившегося на русской службе. У них было четыре дочери. Но из-за нежелания Айвазовского жить в столице Юлия Яковлевна ушла от мужа спустя 12 лет.

Однако брак был расторгнут лишь в 1877 году. В 1882 году Айвазовский встретил Анну Никитичну Саркисову. Айвазовский увидел Анну Никитичну на похоронах её мужа, известного феодосийского купца.Красота молодой вдовы поразила Ивана Константиновича.

Спустя год они поженились.

Художник умер 2 мая 1900 года в Феодосии, в возрасте восьмидесяти двух лет.

Текстура холста, качественные краски и широкоформатная печать позволяют нашим репродукциям  Ивана Айвазовского не уступать оригиналу. Холст будет натянут на специальный подрамник, после чего картина может быть оправлена  в выбранный Вами багет.

Источник: https://bigartshop.ru/painters/ayvazovskiy-ivan/more-koktebel

Ссылка на основную публикацию